<p>Перед Петербургом придется просмотреть декорации и подумать о том, как заменить люк (2-й акт), которого не будет в Петербурге.</p>Прошу передать низкие поклоны Вашей уважаемой супруге, Александру Николаевичу4 (ждем от него радостных известий) и всем петербургским друзьям.<p>Сердечно преданный и уважающий Вас</p>
К. Алексеев
Жена мне вторит, дети – также.<p>5 – 2 – 910. Москва</p>Бедный, бедный Сергей Сергеевич…5<p>344*. Н. А. Попову</p>5 февраля 1910Дорогой Николай Александрович!<p>Простите, что пишу на клочке. Пишу в антрактах спектакля, за гримировальным столом.</p>После Вашего отъезда Владимир Иванович ждал от Вас какого-то письма.<p>Приехал Стахович, и, пользуясь его приездом, был поднят вопрос принципиальный: должны ли мы сокращать труппу и дело или, наоборот, расширять их, так как теперешнее положение большой труппы, при небольшом количестве пьес, тяжело для артистов и материально невыгодно для театра.</p>Долго разбирали все детали нашего дела. Труппы хватило бы не только на две, но и на три пьесы, одновременно репетируемые. И режиссеры есть… тем более что в последнее время Москвин вырабатывается в очень хорошего помощника по режиссерской части.<p>Главной задержкой правление признало то, что, несмотря на все сказанное, постановка пьес пока не может обходиться без участия, хотя бы косвенного, Вл. Ив. и моего. Другими словами, вполне самостоятельных режиссеров – нет. Надо их создавать. Для этого первое время надо руководить ими, т. е. не давать им сразу самостоятельности. Кроме того, надо искать таких людей, которые сочувствуют нашему направлению и захотят учиться тому, что театр выработал за 12 лет.</p>Из разговора с Вами знаю, что эти условия не улыбаются Вам.<p>Приглашая режиссера, правление хочет поручить ему какое-то определенное дело, которое оправдало бы его материальное вознаграждение. Так, например: общее наблюдение за сценой и ее порядком, наблюдение за летними работами, которые в этом году будут очень [сложны] благодаря постановке "Гамлета" и проч.</p>Эти условия, я знаю, неприемлемы для Вас.<p>Марджанов принимает их с восторгом и идет на скромное содержание<sup>1</sup>.</p>Правление покончило с ним.<p>Теперь у меня зарождается новый план. Если бы Вы согласились на условия: а) не полной самостоятельности, б) подробного предварительного ознакомления с тем, что выработано театром за 12 лет,- можно бы на первое время приглашать Вас для постановки известных пьес и с оплатой их определенной суммой.</p>Быть может, приняв во внимание Вашу любовь к передвижениям, это были бы наиболее подходящие для Вас условия. Можно ли думать о таком проекте, или же Вы разобьете его с самого момента его зарождения?<p>Напишите Ваше мнение.</p>Я пристаю к Вам потому, что искренно желаю соединить в одно целое всех тех лиц, с которыми приходилось работать… Театральное дело – разрозненно; надо его как-нибудь сплотить.<p>Жму Вашу руку.</p>
Сердечно преданный
К. Алексеев
5 - 2 – 910. Москва<p>345*. M. Г. Савиной</p><empty-line></empty-line><p>10 февраля 1910</p>Глубокоуважаемая и дорогая Мария Гавриловна!<p>Шах и мат! Я уничтожен!!</p>Только одна Вы, неизменно очаровательная, умеете так бавать!1 Что же мне теперь сделать, чтобы выйти из положения неоплатного должника?!
