Вот мои соображения по этому поводу. Я приеду в Москву около 25 февраля. Тут будет капустник, числа 28 февраля. Потом репетиции "Дяди Вани" (новая декорация) – и прямо за "Гамлета". Чтобы не было в этом никакой задержки, я оставил Муратовой (для актеров) и Гзовской (для молодежи) мои записки. К нашему приезду их прочтут, и тогда можно будет прямо приступить к работе. Школа и сотрудники, которым надо не только читать, но и объяснять мои записки, оставлены до Вас; как только приедете, тотчас возьмитесь за это дело. Мы с Вами будем вести главных лиц, т. е. Офелию, Гамлета, короля, королеву, Полония и Лаэрта, а Марджанов поведет других. Предварительно все вместе мы будем объяснять друг другу и сговариваться об анализе, психологических кусках, желаниях и пр.<p>Параллельно с этим надо наладить в общих чертах установку, освещение декораций и срепетировать эту расстановку.</p>Наконец, костюмы.<p>Выясните с Крэгом, с этой программой в руках, когда ему удобнее приезжать: теперь или в мае?</p>Если ему надо видеть действие на сцене, то придется его выписывать на 4-ю, 5-ю и 6-ю недели поста (пост начинается 21 февраля). Пусть он имеет в виду, что к этому времени, быть может, ему придется приехать в Москву. Если же Вы решите другое время, напишите мне. Напишите мне: хочет ли Крэг и нужно ли ему приехать в Берлин? Конечно, за дорогу туда и назад ему заплатят. Скажите ему, милый Сулер, что я пробовал писать ему письмо по-немецки. Объяснить всю сложную путаницу моих предположений, изложенных в этом письме, я не мог. Вот почему я так долго молчал.<p>Обнимаю Вас и Крэга, Метерлинкам – поклоны. Кира кланяется Вам.</p>
К. Алексеев
379*. Л. А. Сулержицкому<p>Рим, 6/II 911</p><empty-line></empty-line><p>6 февраля 1911</p>Дорогой Сулер,<p>не кончил о Крэге. Спросите его, можем ли мы переделывать его декорации, т. е. расстановку ширм, и, ища костюмов, уничтожить тон юга и Италии?</p>Что же сказать про Леблан, Метерлинка и Режан 1. Неужели все – жулье?!<p>Значит, надули нас, и надо взять ту пользу, которую возможно от них взять, т. е. сохранить хорошие отношения с Метерлинком, чтоб он прислал нам свою пьесу. И второе – насколько возможно, рекламировать (но благородно) постановку МХТ, на случай поездки в Париж. От […] Режан можно потребовать исполнения условия. В случае если она не исполнит, можно только (посоветовавшись с Немировичем и Стаховичем в Москве) предать гласности ее плагиат, но при этом надо быть осторожным и не задевать Метерлинков, которые нужны нам для будущих пьес. Все это надо обдумать, и очень, так как может выйти грязь и сплетня.</p>Не стоит мне приезжать в Париж. Это очень меня утомит, а там вся пресса куплена, и про меня задаром не напишут строчки. Смотреть же, как нас обворовывают и дурачат,- невесело.<p>Приехав в Москву, выясните у Немировича, Качалова, Леонидова, Гзовской – по какому переводу хотят играть? Если по старому, надо переписывать роли, так как они утеряны; если по новому, надо купить книг К. Р.<sup>2</sup>. Это необходимо сделать к моему приезду. Потом налаживайте сцену, ширмы и освещение. Надо искать новых расстановок ширм.</p>380. Из письма к М. П. Лилиной<p>Рим, 6/II 911</p>6 февраля 1911…И эти дни прошли глупо… но полезно, так как и третьего дня и сегодня я был все время на воздухе, много ходил, но ничего не осматривал.
