<p><sup>2</sup> После смерти К. В. Бравича роль Тартюфа, по предложению А. Н. Бенуа, должна была перейти к В. И. Качалову: "Он сумеет <emphasis>обольстить </emphasis>публику, а это очень важно…" (письмо Бенуа к Станиславскому, ноябрь 1912 г.; Музей МХАТ, архив КС). Качалов участвовал в 24 репетициях "Тартюфа".</p>3…хотелось бы поиграть перед вами commedia dell'arte - то есть показать на репетиции импровизацию актеров (импровизация – отличительная особенность итальянской комедии масок, commedia dell'arte).<p><sup>4</sup> Не только Станиславский, но и вся труппа отговаривала Немировича-Данченко ставить пьесу Л. Андреева "Екатерина Ивановна" (Немирович-Данченко считал, что это "колючая пьеса", которая "будет обнажать язвы современной жизни"). Уже первое представление "Екатерины Ивановны" подтвердило правоту труппы и справедливость оценки Станиславского.</p>5Замирайло Виктор Дмитриевич – художник, помогал Бенуа в постановке пьес Мольера. В штате МХТ не состоял.<p>430*</p>1 Бенуа рекомендовал Станиславскому Вячеслава Гавриловича Каратыгина как даровитого композитора и знатока музыки.<p><sup>2</sup><emphasis>Шарпантье </emphasis>М.-А…- французский композитор, современник Мольера, написавший музыку для "Мнимого больного"; она исполнялась в спектакле МХТ.</p><empty-line></empty-line><p>431*</p>1 Свое письмо от 15 февраля 1913 г. об оформлении и костюмах "Мнимого больного" Бенуа иллюстрировал рисунками. Так, Бенуа сделал акварельный рисунок ночного колпака для Аргана (роль Аргана исполнял Станиславский). Бенуа писал: "Среди своих материалов я нашел вот этот bonnet de nuit de l'epoque Louis XIV. Я думаю, что он явится чрезвычайно кстати на Вашей голове к моменту появления докторов. В суматохе приготовлений перед их приходом Вы снимете с себя платок, коим Вы будете повязаны до того момента, и наденете вот этот колпак, чем еще раз будет подчеркнута рачительность события, а Ваша наружность получит новый оттенок комизма".<p><sup>2</sup> "Амуры, – писал Бенуа, – являются одновременно с Эскулапом, который, по-моему, должен выйти из-за задней занавески с ними и начать апофеоз. Они образуют группу [здесь у Бенуа рисунок мизансцены. – <emphasis>Л. Ф</emphasis>.], a затем, после того что Эскулап Вас обнял и Вы пошли по облакам, они Вас сопровождают и образуют как бы Ваш хвост и прямо так могут нести Ваш шлейф. [Здесь снова рисунок Бенуа. – <emphasis>Л. Ф</emphasis>.]. В конце Вы стоите на коленях перед Минервой, а они около Вас обоих на коленях же, причем опять-таки те, что позади Вас, могут играть со шлейфом".</p>3Мордкин Михаил Михайлович – артист балета императорских театров. Ставил танцы в спектакле МХТ "Мнимый больной".<p><sup>4</sup> "Брак поневоле" репетировался одновременно с "Мнимым больным" Мольера.</p>5 Бенуа писал, что в "Мнимом больном" "одна из дам среди гостей будет с длинным шлейфом, который будет нести арапчонок".<p>В "Дон-Жуане" Мольера, поставленном Мейерхольдом в Александрийском театре (1910), арапчата зажигали свечи в люстрах, возвещали начало действия, собирали разбросанные по сцене вещи и подавали их персонажам комедии, то есть были "прислужниками сцены", которые подчеркивали условную зрелищную природу спектакля.</p>6 Немирович-Данченко вел репетиции "Брака поневоле". Одновременно он возобновлял спектакль "Царь Федор Иоаннович".<p>432</p>Дата устанавливается по почтовому штемпелю. 
