Здоровье мое недурно; по крайней мере выхожу из дому во всякую погоду, даже когда дует норд-ост, и работаю. Эти газетные толки о моем здоровье неприятно волнуют и меня, и моих родных, а телеграмма агентства дней пять держала меня в напряжении - я боялся за мать.
Если Вы будете в нашей Городской библиотеке, то скажите, что было бы хорошо, если бы мне прислали список книг, пожертвованных Нотовичем, - это мне нужно главным образом для того, чтобы я не присылал книг, какие уже имеются. Скоро я пришлю повести Горького.
Здесь в Ялте нет театра; приходится довольствоваться только чтением театральных рецензий.
Большое Вам спасибо за письмо и за альбом, а главное за память. "Приазовский край" получаю.
Желаю Вам всего хорошего.
Ваш А. Чехов. На конверте:
Таганрог.
Его высокоблагородию
Абраму Борисовичу Тараховскому.
20 ноября 1898 г. Ялта.
20 ноябрь.
Милая Маша, 45 р. в месяц за квартиру на Мл. Дмитровке - это недорого. Деньги из книжного магазина получишь в Москве, своевременно. Александр выслал более 300 р., должно быть, в Лопасню.
А. М. Шаврова будет у тебя в Москве; она привезет тебе пакет, которого не разворачивай при ней. В нем моя ночная сорочка; прошу починить и возвратить. Тебя и мамашу поздравляю с новосельем; живите веселей, ешьте и пейте вдоволь, не стесняя себя никакими хозяйственными соображениями.
Когда увидишь Е. И. Коновицер, то поблагодари ее за шоколад Mignon и попроси ее передать мою сердечную благодарность ее отцу за телеграмму, которая меня глубоко тронула. А Е. З. Коновицеру передай, что я у "Курьера" в долгу за милую телеграмму, которая была для меня приятным и трогательным сюрпризом.
Здесь туманно, но очень тепло. Приехала наконец Наталия Михайловна, но не одна, а с Е. И. Смагиной на буксире; обе остановились у Яхненко. Уже скучают.
Старайся, пожалуйста, своевременно уплачивать Ване все, что он тратит на покупки, посылки и проч. Постройку начали. Груша не уцелеет. Подрядчика моего (главного) зовут так: Бабакай Осипыч Кальфа. Внизу в доме будет три комнаты, плюс кладовая, ватер и подвал.
В Юрьев Лифл г буду посылать я. Так мы с тобой сговорились. Я же пошлю и страховые за дом.
Нового ничего нет. Я здоров, гуляю и работаю. Хочется в Москву.
Начальница гимназии еще не выздоровела.
Видишь, писать больше не о чем. Кланяйся мамаше, Ване, Соне и Володе и всем, кто у тебя бывает на новой квартире. Что Иваненко? Будь здорова. Поскорей присылайте ночную сорочку, а то у меня осталась только одна. А когда будет готова новая?
Получил я письмо от нашего почтмейстера: просит заступничества. На него была подана жалоба.
Будь здорова.
Твой Antoine.
Получил письмо от… Похлебиной.
21 ноября 1898 г. Ялта.
Дорогой Николай Михайлович, Ваши письма приходят вовремя, но я отвечаю неаккуратно, потому что в лености житие мое иждих. "Злоумышленники" были уже в "Невинных речах"; я их опять помещу, впрочем. Вы не называли театра Корша балаганом прямо, но называли косвенно; про этот театр Вы писали, как про балаган, были к нему суровы, это огорчило Корша, и он, вероятно, написал Суворину.
Вы спрашиваете, как мне понравилась "Чайка" у Немировича. Я был на двух репетициях, мне понравилось. Роксанова очень недурна. Не знаю, понравится ли Вам; как бы ни было, напишите мне Ваше впечатление. У Вас спина болит - это нервное. Волнуйтесь поменьше. Без недоразумений прожить нельзя, без огорчений - тоже нельзя. Ничего не поделаешь.
В Ялте туман, но тепло. Ночи лунные. Я работаю помаленьку и скучаю по Москве. Для д-ра Членова нужно было бы устроить что-нибудь, но если он не может служить ни в земстве, ни на фабрике, то как его устроить? Какая часть дня у него свободна? Как велика сия часть? И куда бы он желал поступить? Прочитайте в "Неделе" рассказ Накрохина "Странник". Засим поклонитесь Вашей дочери и будьте здоровы. Спасибо Вам за письмо.
Ваш А. Чехов.
21 ноябрь. На обороте:
Москва.
Его высокоблагородию
Николаю Михайловичу Ежову.
Поварская, Трубников пер., д. Джанумова.
22 ноября 1808 г. Ялта.
Вчера неожиданно явился ко мне о. Федор Фивейский из Никулина. Он был болен и жил в Алупке, теперь выздоровел. А. С. Киселев, по его словам, служит в Калуге директором поляковского земельного банка, 6 тысяч жалованья; у Марии Влад от старости трясется голова; мужу Саши только 21 год; Надежда Влад уже не живет с мужем; Тышко не женился на Ирине.
Вчера я был на постройке. Кучи черного песку, яма для известки, ломают плетень, турки ничего не понимают, дым; грязь липнет к ногам, сосед Мандраджи, турок (наш здешний Вареников), пристает с разговорами; я махнул рукой и пошел домом. Архитектор не попадается мне на глаза, у него не все еще готово. Недоразумение с водопроводом. Одним словом, строиться везде скучно. Но зато вид с нашего участка! Это не вид, а рахат-лукум. Особенно хорош вид в пасмурную погоду. Это одна роскошь. Мой сосед просят за свою землю по 40 руб. за сажень, а я купил свою по 5 р. Делают каменный забор.
