Письма, 1926-1969 полностью

Но сегодня я пишу по «службе». Прикладываю поистине очаровательное письмо¹ от Герберта Рида, которое не могу от Вас скрыть. Дальше о неприятном: Жан Валь в Париже рассказал мне о переписке с Пешке², которой он хотел поделиться с Вами, что я всецело поддержала. Если он это сделал, Вам уже известно: Валь хотел опубликовать в Merkur статью о современной немецкой философии, сопроводив ее парой полуполитических, но крайне сдержанных замечаний, а Пешке, вместо того чтобы сказать: «Нам это не подходит, мы не рискнем это опубликовать», ответил, на мой взгляд, в типично лживой манере: нам известно об этих фактах. Как сказал мне Валь – и в Германии в этом никто не отдает себе отчета – без такого небольшого вступления он не мог и не хотел бы ничего публиковать в Германии. Вы знаете, я тоже хотела печататься в Merkur, но теперь снова начинаю сомневаться. Становится все яснее, что Wandlung из-за своего иного отношения к подобным вопросам, должен продолжать работу в любых обстоятельствах³. Помимо этого, также в Париже, меня спросили, примете ли Вы этим летом приглашение приехать в Понтиньи⁴ (Вам уже известно, что это, не так ли, где хотят обсудить тему «Idée de la modernité». Я ответила, что не знаю (хотя возможность Вашего визита кажется мне маловероятной – прямо в середине семестра), поскольку мне кажется, приглашения никогда не повредят. Last but not least: пока неофициально предложила Вашу статью о гуманизме⁵ Commentary, то есть посоветовала к публикации. Если она им понравится, они, безусловно, с Вами свяжутся.

Пока, кажется, это все. Хорошо ли Вы провели пасхальные каникулы?

От всего сердца

Ваша

Ханна

Искренне благодарю Вас за Бультмана⁶, которого я получила вчера.

Мсье передает сердечный привет.

1. В архиве не сохранилось.

2. Ханс Пешке (1911–1991) – с 1932 по 1934 г. секретарь немецко-французского общества в Париже, затем изучал философию и литературу, с 1939 по 1942 г. редактор Neue Rundschau. С 1947 г. издатель Merkur.

3. В декабре 1949 г. вышел последний выпуск Wandlung.

4. В аббатстве Понтиньи с 1905 по 1940 г. под руководством Поля Дежардена (1859–1940) проходили встречи «Декады Понтиньи». Обсуждения были посвящены философским, литературным и социальным проблемам и носили международный характер. После 1940 г. организацией встреч занималась дочь Дежардена Анна Эргон-Дежарден сперва в аббатстве Ройомон, затем в Сериси-ла-Саль.

5. Jaspers K. Über Bedingungen und Möglichkeiten eines neuen Humanismus // Die Wandlung, 1949, vol. 4, p. 710–734.

6. Предположительно имеется в виду работа Бультмана «Прахристианство в античных религиях», опубликованная в 1949 г. в Цюрихе. Рудольф Бультман (1884–1976) в 1924–1925 гг. был преподавателем евангельской теологии у Х. А. Я. был знаком с ним с 1920-х гг.

Дорогая Ханна,

Благодарю за первый привет из дома! Бодрость в каждой строчке – нам всем стоит ей научиться в этом заколдованном мире. И снова этот язык дружбы, за который я Вам так признателен. Связь с Вами, которая разгоняет злые духи человеческого презрения и бессердечного равнодушия. В юности меня трогала песня: «Никто не знает, что случится завтра…»¹, я думал о своей собственной судьбе. Ее поют до сих пор, но смысл ее изменился, стал глубже и шире – мы молоды в каждое мгновение, когда поддаемся ее влиянию.

Вчера ночью мне снился удивительный сон. Мы вместе были у Макса Вебера. Вы – Ханна – опоздали, и Вас встретили всеобщим ликованием. Лестница у входа вела через ущелье. Старая квартира. Макс Вебер как раз вернулся из кругосветного путешествия, привез множество документов и произведений искусства, больше всего из Восточной Азии. Часть он подарил нам, Вам – лучшее, поскольку Вы разбираетесь в политике лучше меня.

Я представляю, как Вы вносите коррективы в свою большую книгу. Не хотите ли Вы, помимо прочего, еще раз перечитать мысли Макса Вебера об идеальном типе? Чтобы и этот остаток исчез, на тот случай, если в Вашем тексте еще осталось что-то от прежних «тотальных», обоснованных взглядов на историю? Но, возможно, в этом нет необходимости, кроме того, все мы сегодня склонны украдкой, неосознанно обращаться к идеям Гегеля и Маркса, еще не оставленным Шпенглером² и Тойнби³ осколкам лживого величия, которое присвоили истории, украв его у Бога.

Благодарю за «службу». Письмо Г. Рида отлично написано. Я рад и своей книге. Жан Валь до сих пор ничего не прислал. Этот вопрос очень меня интересует. Возможно, спрошу Жана Валя, сославшись на Вас. Очень сочувствую по поводу Пешке. Я был о нем лучшего мнения. Конечно, трудно оставаться честным, занимаясь журналистикой в Германии. Поехать в Понтиньи, к сожалению, не смогу. Вы знаете. Но очень мило с Вашей стороны, не отказывать им сразу.