— На машине тоже нельзя ездить, — кивнул сапер, Семен Гитлер его звали. — Динамо искру дает, в цилиндрах смесь взрывается. Нельзя, запрет.
— Как же обходите?
— Дело житейское, ваше благородие, кому равин специальное разрешение дает, а тем евреям кто в армии, русский царь все разрешил.
— Мудро.
Солдатик подхватил газорезку и побежал дальше.
Самолеты ушли куда-то за Тигр. Где именно наши наносят удары никто не знал. Следов бомбардировок пока не встречалось. Зато и английская авиация не беспокоила, но следы оставляла. Кексгольмским саперам везло — англичан в небе не видели, под бомбежки не попадали. Хотя вчера колонна прошла мимо сбитого «Бленхейма». Самолет лежал в поле саженях в двухстах от дороги. Рядом два свежих могильных холмика.
Никифоров направился было к машине, батальон уже строился к маршу после того как сутки приводил в порядок механическую часть на временной стоянке у Керкука. За спиной послышались быстрые шаги, бежал посыльный.
— Ваше благородие господин поручик, командир батальона вызывает.
«Жук» Никитина спрятался за радиомашиной. Сам комбат вместе с адъютантами и двумя ротными командирами наклонился над развернутой на капоте картой.
— Алексей Сергеевич, — кивок в сторону командира второй роты, — получена задача наладить временную переправу у Кепри. Отправь один взвод с офицером. Понтонный парк забираете с собой.
— Строим мост или паромы? — деловито поинтересовался капитан Чистяков.
Никифоров воспользовавшись случаем протолкался к карте. Если ошибки нет, Кепри недалеко, километров сорок-пятьдесят по шоссе. Маленький городок, грязный и нищий, разумеется.
— Иван Дмитриевич, скатаетесь с саперами. Под Кепри англичане успели мост взорвать, посмотрите, что нужно чтоб восстановить как можно быстрее. Понтоны или мост, на месте с пехотой определитесь. Меня просили обеспечить нагрузку шестнадцать тонн.
— Танки?
— «Ослики», — так в русской армии называли штурмовые самоходные орудия с открытой рубкой. — Должны уж знать, во второй Санкт-Петербургской танков нет.
Последнее уточнение не лишено было смысла. На марше батальон плавно сместился к железной дороге в полосу наступления 3-й бронетанковой дивизии. Большая часть соединений подвижной дивизии, в интересах которой первоначально должен был действовать Кексгольмский батальон осталась к северу от Малого Заба, достаточно широкой и полноводной по весне речке.
За день отдыха Никитин сумел навести порядок в своем батальоне. Технику привели в порядок насколько это возможно, людям устроили помывочный день. Нет, местными мыльными местами русские брезговали. У арабов свои специфические понятия о культуре и гигиене. Саперы просто развернули свои походные бани. Штука удобная, хоть к ней приноравливаться надо.
Ни одна машина понтонного парка на марше не отстала. «Дромадеры» Ярославского завода оказались надежными, прочными и неприхотливыми авто. Добротные трехосные грузовики с двумя ведущими задними мостами полностью соответствовали своему названию. Как верблюд берет свои три тонны и едет спокойно по любой дороге. А вот нижегородские авто и грузовики московского АМО оказались не столько хороши, как о них рассказывали в рекламе на радио.
Уже через час после отдачи команды колонна машин пылила по шоссе. Первым шел трехосный полугрузовой «Кергесс» с полевой радиостанцией в фургоне. Машина этакая фантазия конструкторов, сделавших то ли огромную легковушку с кузовом, то ли маленький грузовичок с кабиной на пять человек. И не разберешь, что это на самом деле.
В пути рядом с водителем восседал подпоручик Андрей Аристов. Иван Дмитриевич делил заднее сиденье с унтер-офицером радистом. За «Кергессом» пылила длинная колонна «Дромадеров» с понтонным парком и саперами.
К Кепри вело достаточно приличное шоссе и совершенно не загруженное. Слева от дороги тянулась возвышенность Канидомлан. Справа расстилалась всхолмленная степь, изредка встречались крохотные поля и пасущиеся стада. Редкие встречные и попутные арбы и гужевые повозки вовремя прижимались к обочине, арабы в полотняных хламидах философским взглядом провожали машины. Замотанные в платки женщины прятались за повозки и спины своих мужчин. Несколько раз попадались встречные машины и мотоциклы.
Сам поселок у моста оказался живописно разбросанными на берегу глинобитными домишками и переплетением глухих оград. На главной улице белели стены нескольких приличных особнячков. Уже за полверсты от берега дорогу перегородил пулеметный броневик дозора.
— Саперы? — молодой подтянутый унтер моментально срисовал эмблемы Кексгольмцев.
— Кто старший на переправе? Какая часть?
— Третий батальон Волховского механизированного. Ваше благородие, место для переправы нашли в двух верстах выше по течению. Вам сейчас прямо до кишлака и сразу сворачиваете на грунтовку. Не промахнетесь, у съезда встали наши «Ослики».
— Благодарю за службу! — махнул Аристов. — Поехали.
