В день, когда я рассчитываю прийти вечером домой, я
весь полон радости и ожидания. Даже если в результате мне прийти не удается, но пока положение неопределенное, я делаю все, чтобы прийти. В настоящий момент я пытаюсь организовать свой день так, чтобы вечером уйти из части и прибыть в Иерусалим до 10-ти часов вечера. Завтра придется уехать из Иерусалима часов в пять – планируется двадцатикилометровый поход. И если я успею объяснить солдатам материал и организовать все для завтрашнего дня, и если будет машина, и если – и если, – тогда приеду. Что определенно – это то, что я доберусь.
Любимые папа, мама и Идо! 14. 1. 70
Я знаю, что стал меньше писать, но исправить это положение трудно. То малое время, которое требуется для письма, всегда выходит за счет других вещей, которые я должен сделать.
Трудно писать вам о состоянии духа, в котором я нахожусь. Это моя личная сфера, и мне трудно о ней говорить. Армейская жизнь меня заполняет, вызывает интерес и приносит удовлетворение. Вместе с тем, я давно уже перестал быть молодым. Не так по возрасту, как по чувству. Мне кажется, что все молодые люди в армии, которые ежедневно заняты на практике охраной наших границ ощущают гнет. Это гнет особого рода. Его источник – в лежащем на нас тяжком бремени. Освободиться от этого гнета нельзя, и пока ты в армии, он – часть тебя. Гнет приводит к тоске. Странно говорить о молодом парне: этот человек в тоске. Такова наша судьба.
Особенно тягостен мне запрет выносить эту тоску за пределы армии. Мне, например, нельзя поделиться ею ни с одним человеком. Главная причина этого – в тайне, которая окружает армию. Чтобы объяснить источник гнета, я должен коснуться некоторых факторов, а это, конечно, запрещено. Кроме того – природу этой тоски почти невозможно объяснить тому, кто с ней незнаком; тоску обязательно примут за что-нибудь другое. В самой армии об этом не говорят, тоска эта живет в каждом в отдельности. Она не обсуждается. Так входит дополнительный
фактор – одиночество. Но ведь одиночество, гнет и тоска – это судьба многих людей. Так в каком же забытом Богом мире мы живем? Так много красоты, величия и благородства есть в нем, но люди губят все прекрасное, что есть в мире. Видно, мы действительно раз и навсегда забыты Богом.
Любимые папа, мама и Идо! 2. 3. 70
Вчера, 1.3.70, получил повышение в звании. Теперь я капитан. Случилось это совершенно для меня неожиданно. Как правило, звание капитана получают после трехлетней службы лейтенантом, но в расчет принимается также и время службы в резерве, от которого берется 50%. То есть, два года, которые я провел в армии как резервист, считаются как один год действительной службы. Из такого расчета получилось, что я стал капитаном после двухлетней службы. Это довольно необычный случай, а мне довольно приятно. Со званием растет и жалованье, что всегда нелишне.
Любимые папа, мама и Идо! 18. 3. 70
Быстренько напишу несколько слов, на большее нет времени. Получил твое письмо, папа, которое доставило мне большую радость. Также и от тебя. Идо, недавно получил письмо. От тебя, мама, было письмо, посланное тобою Тути. Хорошо узнать сразу обо всех. Не удивляйтесь, что мы нечасто пишем. Думаю, что даже Биби пишет реже, чем раньше. Мы оба заняты выше головы, буквально 24 часа в сутки, и свободного времени нет почти ни минуты.
Есть у меня для вас печальная новость: Яэль Бармейер тяжело ранена вчера в автомобильной катастрофе, лежит в беэр-шевской больнице, и о ее состоянии мне пока ничего не известно. Как только освобожусь, конечно, ее навещу и тут же вам напишу. Так жаль всю семью!
Перейду к другой теме. Мы с Тути связались с одним подрядчиком по поводу строительства дома. Надеемся, что, наконец, произойдут серьезные сдвиги.
Приходится кончать, так как предстоит насыщенный
работой день, и надо его начинать (вернее, кончать передышку, взятую для письма). Работа в армии по-прежнему очень интересна и важна. Биби также удается полностью использовать в армии свои возможности. Наверное, слово "полностью" здесь не подходит, так как во многих сферах большая одаренность Биби проявляется здесь не наилучшим образом. Но он, без сомнения, получает много удовольствия от работы, от своих солдат, от возложен* ной на него огромной ответственности. И со своими обязанностями справляется отлично.
Мики, сестра Тути, выходит 19 апреля замуж. Ее будущий муж – весьма симпатичный парень, водный инженер, новоприбывший из Австралии.
Других новостей, грустных или радостных, у меня нет. Так жаль семью Бармейеров.
Моя красавица! 30. 3. 70
Опять я оставляю тебя на целую неделю. Трудно совершать по отношению к тебе такую несправедливость.
