Горы между Дудх-Коси и долиной Тхаме почти нетронуты. Если не считать поселка Гокио и пастбищ ниже, там исключительно лабиринт из ледников, перемежающийся небольшими озерцами, да скалы, а дальше начинается отвесная южная стена Чо-Ойю. Это, конечно, зрелище. Когда зимой 1982 года мы с Хансом Каммерландером потерпели неудачу при штурме вершины, то из-за холода поспешили вернуться в долину. Сейчас же, в мае, хочется забраться как можно выше. Здесь так много нетронутой красоты, что жизни не хватит, чтобы заглянуть в каждый уголок и исследовать каждую возвышенность.
Путь из Тхаме к перевалу Нангпа-Ла, ведущий через пастбища, не узнать. С тех пор, как Китай закрыл границу, обмен товарами между Тибетом и Солу-Кхумбу прекратился. В прежние времена торговля в Тхаме позволяла добывать средства к существованию немногим крестьянам, у которых были картофельные поля неподалеку или пастбища повыше. Так же, как у нас в Альпах, местные выводили скот на выпас в горы и жили там все лето, а когда наступало время сбора урожая, спускались домой на зимовку.
Шерпы из Намче больше не работают на Эвересте. Слишком опасно! Зарабатывать на жизнь им позволяет трекинг, спрос на который, однако, преимущественно в сезон. Гестхаузы, расположенные вдали от главных трекинговых маршрутов, такие, как Everest View или Panorama Lodge, похоже, испытывают трудности. Трекеры, которые в большинстве своем не желают ночевать в палатках, отдают предпочтение лоджам в непосредственной близости от тропы. То же касается ресторанов и сувенирных лавок.
Только что узнал о смерти партнера по восхождению Дениса Урубко[69] – профессионального альпиниста из России – Алексея Болотова[70], который хотел пройти по центру юго-западной стены Эвереста. Оборвалась веревка! Где? Как? Никаких подробностей, лишь предположения. Мне известно, что они планировали обойти ледопад справа по ледяным склонам Нупцзе. Весьма опасная, но выполнимая задача. Отважились ли они в итоге? Или решили подниматься по подготовленному пути через ледопад, чтобы добраться в лагерь II, откуда начинался их маршрут?
Урубко снова подрался с шерпами. Он хотел проучить их за то, что те раскомандовались, но в итоге отступил, как Ули Штек и Симоне Моро. Те двое также сцепились потому, что шерпы воспринимают независимое восхождение как провокацию. Такого рода инциденты прекратятся, вероятно, только когда новое поколение шерпов приучится отказывать в услугах всем без исключения. В 1978 году нельзя было и подумать о том, что туристы когда-нибудь вытеснят альпинистов. На ком же лежит ответственность за это?
