Назойливое воспоминание настойчиво кольнуло совсем близко, выдав силуэт в темном плаще, развевающемся на осеннем ветру, стоящий на крыше, напротив окон моей башни в Авенире. В памяти вспыхнул резкий, пронзительный взгляд из-под капюшона. Сама бы я не вспомнила, но ветер шепнул его имя. А я повторила, тоже тихо-тихо, словно попробовав, как оно прозвучит, если я произнесу:
— Дэй…
И наваждение спало, силуэт в плаще, наконец, исчез из моей головы. Очень вовремя. Потому, что мои спутники спешились у моста, и мне пришлось поспешить им навстречу.
— Решили немного охладиться, Ваше Высочество? — Слегка насмешливо произнес начальник стражи Таламура, шедший впереди, но я не обиделась.
Как можно требовать уважения, не имея за собой достаточно власти для того, чтобы наказывать за несоблюдение этикета? Поэтому, тоже усмехнулась:
— Конечно, жарко ведь. Вам бы тоже это не помешало. Лошадь понесла ни с того ни с сего, сорвалась с места в карьер, — ответила я на вопросительный взгляд Таламура.
— Раз уж остановились, дадим коням отдохнуть и напиться, потом продолжим путь.
Кивнула, соглашаясь. Разговаривать с кем бы то ни было, не хотелось. Мои мысли занимало только что обнаруженное в реке кольцо.
Спутники постепенно разбрелись, чтобы перекусить, освежиться и привести в порядок дорожную одежду. Горничная, при виде моих промокших плаща, платья и сапог причитала и охала.
Пока переодевалась, раздумывала о том, что кольцо — наверняка артефакт. Только они способны были выстраивать цепочку событий так, чтобы необходимый им носитель их обнаружил. Очень уж странно повела себя лошадь, да я и сама себя не менее странно повела.
Осталось только разобраться, что это за артефакт и зачем я была ему нужна.
До этого момента решила не показывать кольцо окружающим. Тем более что с намерениями этих окружающих пока ничего не было ясно. В дороге сделать это было проще простого — руки почти всегда были в перчатках, чтобы не натирать мозоли при верховой езде.
После небольшого перерыва мы продолжили путь в Руатан, где вскоре меня ждала встреча не с одним Следующим, а сразу с двумя. И если верить словам Таламура, этих двоих связывали между собой романтические отношения.
Сама я к романтическим отношениям ни с кем из Следующих не стремилась, но не отказалась бы заключить с ними перемирие. Очень уж не хотелось меряться с кем-то из них магической силой, которой у меня, совсем некстати, не было.
Ближе к городу дорога стала шире, а встречающиеся по обеим сторонам фермерские домики радовали глаз чистотой и аккуратностью. Руатан уже виднелся вдалеке, устремляясь в небо шпилями башен Третьего замка. Меня охватило волнение и беспокойство перед встречей с двумя товарищами по несчастью.
А еще я бы многое отдала за возможность просто отдохнуть от пути, принять горячую ванну и понежиться в мягкой постели. И за стабильность, которую так не ценила раньше. Я ведь ненавидела каждый день рутинных занятий с Учителем. А сейчас понятия не имела что произойдет со мной в ближайшие несколько дней.
Раньше я мечтала о том, что смогу знакомиться с новыми людьми, имена которых мне не запрещено будет помнить. И вот, пожалуйста — мечта сбылась. Только что замышляют все эти люди — поди, разгадай.
Наверное, отсюда и моя тревога, казавшаяся беспричинной лишь потому, что разобраться в том, какая из причин наиболее вероятна, не получалось.
Руатан был обнесен широкой городской стеной из розоватого камня и окружен глубоким рвом, наполненным водой. У ворот нас встретила стража, которой Таламур предъявил какие-то сопроводительные документы, после чего, нас беспрепятственно пропустили в город.
Он привел меня в восхищение с первого взгляда: геометрически четкие ряды аккуратных домиков с одинаковыми крышами из красной черепицы, новенькая и чистая брусчатка, по которой звонко цокали копыта лошадей и стучали колеса наполненных чем-то телег, везущих свои грузы в город. Между домами растянулись гирлянды с разноцветными флажками и, пока не зажженными, лампочками. Входные двери украшали осенние цветы, а в длинных горшках, прикреплённых к подоконникам, ютились какие-то незнакомые яркие растения. Повсюду витал аромат осени, сухих листьев, цветов, ягод и веселья.
И люди вокруг — такие радостные, одетые в праздничные наряды и венки из золотистых пшеничных колосьев. Они смеялись и танцевали под разношерстную музыку, раздающуюся из распахнутых настежь дверей таверн. Как бы мне хотелось жить в таком городе и веселиться вместе с ними.
— Как впечатления? — Осведомился поравнявшийся со мной Таламур, не оставивший без внимания мое восхищение окружающей обстановкой.
Учитель всегда говорил, что мои чувства и эмоции было очень легко прочитать по выражению лица.
— Город очень красивый, — подтвердила очевидное я, кивая и подумывая о том, чтобы впредь следить за своей мимикой, пока не выдала Таламуру что-нибудь куда более важное.
— Руатан и правда прекрасен, но сегодня еще и праздник урожая. Основное торжество запланировано на вечер. Разве в Авенире его не отмечают?
