Нет, Стелла не была довольна. Она смотрела вслед удаляющейся Нэнси, наблюдала, как она на ходу завязывает шелковый шарф, как поддергивает сумочку, и ей казалось, что отныне для нее потеряно абсолютно все.
<p>Глава 36</p>2011 годДэн, здравствуйте. Пишу наскоро. Извините, что я несколько дней не выходила на связь. Надеюсь, Вам лучше, чем было в среду, и что простуда не прогрессирует.
У меня сейчас обеденный перерыв – очень короткий! Я много думаю о Вас. Просто напишите, что нормально себя чувствуете!
Уже вторую неделю работаю в химчистке. Должна признаться, не о такой карьере я мечтала, но вообще-то мне нравится. У меня замечательные коллеги: мистер Вахим, владелец химчистки, и Самия, моя напарница. Есть еще одна леди, я пока ее не видела, потому что она дежурит по субботам. Самия и мистер Вахим оба в годах. Я, как самая молодая, у них на посылках, но они добрые и стараются скорее меня обучить своему делу. Я будто снова в Лидсе, с бабушкой. Мистеру Вахиму я рассказала про обеденный клуб, и он продлил мне перерыв на полчаса по понедельникам, чтобы было время петь для старушек. Правда, мистер Вахим очень добрый? Еще он выдал мне аванс за первую неделю работы – на нормальную стрижку и на парфюмерию. Вчера я пошла в соседнюю парикмахерскую, а там практикантки за полцены стригут. И очень прилично стригут, молодцы. Последний раз я сама себя стригла, причем тупыми ножницами. Теперь почувствовала разницу.
Сегодня утром ждала почтальона, только сертификаты, которые Вы заказали в национальном архиве, не пришли. Надеюсь, завтра придут. Я Вам сообщу.
Вы ведь не волнуетесь, правда? У моей работы есть один недостаток – я не могу теперь писать Вам по утрам, как раньше, но я хочу, чтоб Вы знали: я про Стеллу не забыла и поиски продолжаю. Я верю, мы ее найдем. Сертификаты должны многое прояснить, дать нам новую информацию.
Берегите себя – ради меня и ради Стеллы.
Джесс.Она кликнула «отправить» и чуть подождала. Экранные часы показывали без шести минут два, обеденный перерыв заканчивался. Джесс проверила входящие – пусто; закрыла почтовый ящик и вернулась на работу.
Близилась Пасха. Окна химчистки были украшены желтыми, лиловыми и зелеными лентами. Мартовский снег растаял, земля прогревалась с каждым днем. Мир восставал от зимнего сна. Впервые за долгое время Джесс радовалась жизни, буквально чувствовала: вот-вот случится что-то очень хорошее.
За хорошим дело не стало. Едва Джесс вернулась с перерыва, как мистер Вахим отозвал ее в подсобное помещение и вручил красивую белую коробку с золотой ленточкой.
– Нынче пятница, и день за половину перевалил. По-моему, это стоит отметить. Скажи-ка, Джесс, ты пахлаву любишь?
Очень скоро Джесс обнаружила, что она пахлаву просто обожает. Самия вскипятила чай, они втроем устроились в подсобке, среди вычищенных костюмов в пластиковых чехлах. Периодически выглядывали, нет ли клиентов; слизывали мед с пальцев.
– Ну что, Джесс, наверняка в клуб завтра собираешься? С такой стрижкой грех не повеселиться, – предположил, сверкнув темными глазами, мистер Вахим, низенький, аккуратненький человечек. Волосы у него были белоснежные, стриженные бобриком, в щеточке таких же белых усов застряли сладкие липкие крошки. Он напоминал Джесс садового гнома, которого бабуля держала у парадной двери.
Джесс покачала головой:
– Мне не с кем пойти. Я еще не успела завести подружек.
