Теперь, как насчет ума Ч.К.М., столь настроенного против автора «Изиды» и нас самих, осмелившихся на попытку ввести Эглинтона в священные пределы Британского теософского общества и назвать «Императора» Братом? не станут ли препятствовать все наши прегрешения и нарушения, с европейской точки зрения, на нашем пути к взаимному доверию и не приведут ли они нас к бесконечным подозрениям и недоразумениям? Сейчас я не собираюсь доставлять британским теософам доказательства нашего существования во плоти и крови или того, что я совсем не «сообщник» Е.П.Б., ибо все это вопрос времени и – Кармы. Но даже допуская, что очень легко доказать первое, было бы гораздо труднее опровергнуть последнее. К.Х., то есть смертный, весьма обычной внешности и довольно сносно знакомый с английским языком, ведантой, буддийской философией и немного даже с «фокусами» гостиных, легко может быть найден и доставлен, чтобы продемонстрировать его объективное существование вне всяких сомнений и придирок. Но как насчет того, чтобы создать положительную моральную уверенность, что этот индивидуум, который может таким образом появиться, не поддельный К.Х., «сообщник» Е.П.Б.? Разве Сен-Жермен и Калиостро, оба джентльмена с высшим образованием и достижениями и, по-видимому, европейцы, а не «темнокожие», вроде меня, не рассматривались в свое время, да и теперешними потомками, как самозванцы, обманщики, фокусники и тому подобное?
<p>[Враги Теософского общества и их инсинуации]</p>Все же я морально обязан успокоить ум Ч.К.М. – через ваше любезное посредничество – в отношении Е.П.Б., якобы обманувшей и введшей его в заблуждение. Он, кажется, думает, что получил доказательства этого, совершенно неоспоримые. Я говорю, что их у него нет. То, что он получил, есть просто доказательства подлости некоторых людей и бывших теософов, таких как Харричанд Чинтамон из Бомбея, теперь из Манчестера и еще из одного места. Этот человек, ограбивший Основателей и Даянанда[312] на 4000 рупий, обманывал и вводил их в заблуждение с самого начала (еще в Нью-Йорке) и затем, будучи обличен и исключен из Общества, убежал в Англию и постоянно ищет и жаждет случая отомстить. Есть и другой, такой как доктор Биллинг, муж хорошей, честной женщины, единственного совершенно надежного и честного медиума, какого я только знаю, – миссис М. Холлис-Биллинг, на которой он женился ради нескольких тысяч фунтов стерлингов приданого. Он разорил ее в течение первого же года супружеской жизни, после чего вступил в сожительство с другой женщиной-медиумом, и, когда Е.П.Б. и Олькотт яро упрекнули его, он оставил и жену, и Общество и преисполнился жгучей ненавистью к обеим женщинам. С тех пор он постоянно стремится отравить умы британских теософов и спиритуалистов, настраивая их против своей бывшей жены и Е.П.Б. Пусть Ч.К.М. сложит вместе эти факты, пусть проникнет в тайну и проследит связь между своими осведомителями и двумя клеветниками на двух невинных женщин. Пусть он исследует тщательно и терпеливо, прежде чем поверит некоторым донесениям и даже выдвигаемым доказательствам, чтобы не перегрузить собственную карму грехом более тяжелым, чем какой-либо другой. Нет камня, который бы не перевернули эти два человека для осуществления своего злобного замысла.
