Машина, присланная менеджером группы, забрала Викторию ближе к пяти часам вечера. Виктория успела к этому времени прийти в себя и скрыть хорошим макияжем следы жгучей обиды и приступов ярости прошлой ночи. С подругами она практически ничего не успела обсудить: Эмма вела себя, ко всеобщему удивлению, странно. Не так странно, как обычно, а по-другому странно. Ходила серьёзной, что-то постоянно искала в интернете, с умным видом делала некие важные звонки, обещая подругам объяснить всё позже. Катрина тоже выглядела волнительно и неуклюже: то сахар просыпит, то об угол дивана спотыкнётся, то чай прольёт. Это, как и в случае с Эммой, также не было на неё похоже.
Но Викторию впереди ждало последнее показное свидание, и она должна была отыграть на максимум. Реклама ей ещё пригодится. Сначала девушку отвезли в примерочную, где асиссентка мистера Лестера Дав уже приготовила прекрасное вечернее платье. Оно было ничуть не хуже того, что испортила ревнивая Бетти Прескот. Блестящее, прилегающее к телу и подчёркивающее тонкую талию девушки платье с голубым отливом сразу поразило Викторию, как только она взглянула на него. И, примерив на себя это произведение искусства, она не могла оторваться от зеркала. Ещё никогда в жизни Виктории не удосуживалось носить такое божественно красивое и явно очень дорогое платье. Несмотря на то, что тот августовский день был предательски прохладным и дождливым, что как раз и усиливало печальное настроение девушки, это платье заставляло по-новому взглянуть на серое, затянутое облаками небо.
Предоставленный мистером Лестером лимузин прибыл около пяти часов и без замедлений отвёз роскошно разодетую Викторию на показное свидание с солистом "Блэк Бэнда". Хотя девушка уже начала привыкать к толпам шумящих поклонников, ослепляющим вспышкам фотокамер и незатыкающимся журналистам, такое немалое скопление людей у Эйфелевой Башни заставило её понервничать и поволноваться. Уверенность начала то исчезать, когда Виктория выглядывала в окно на толпу людей, то появляться, когда она вспоминала, какое шикарное платье на ней надето. В глубине души девушка умоляла вселенную, чтобы все эти люди оказались простыми туристами, которые пришли сюда, что сфотографировать главную достопримечательность Парижа. И всё же, когда лимузин приехал и шофёр открыл ей дверь, Виктория услышала нескончаемые вопли поклонников, которые кричали что-то, обращаясь к Рейну и пытаясь пройти сквозь громил-охранников. Какой-то человек, видимо, один из подчинённых мистера Лестера, внезапно появился рядом с девушкой и, взяв её за руку, быстро повёл к Эйфелевой Башне. Поднявшись чуть ли не на последний этаж высотной достопримечательности, Виктория вновь встретилась с Рейном и почему-то мгновенно смутилась от его изумлённого взгляда. У парня словно перехватило дыхание.
— Да, это платье действительно намного очаровательней…
— Очаровательней чего? — не поняла девушка, которая не могла сдержать улыбку от восторженного вида молодого человека.
— Да так, неважно… Тори, ты выглядешь превосходно.
— И ты ничего, — посмеялась девушка. — Благодарю.
Виктория и Рейн были на самой последней смотровой площадке, на высоте двухсот семидесяти метров. Здесь Париж словно находился у них на ладони, нельзя было оторвать глаз от столь впечатляющего вида. Хотя сегодня над городом предательски сгустились тучи и моросил неприятный дождь, Париж не был лишён своей красоты. Ветер, к счастью, не беспокоил молодых людей, ведь если бы он был, то на такой высоте не на шутку помешал бы постановочному свиданию Тори и Рейна. Среди восхитительных зданий с великолепной архитектурой девушка смогла разглядеть Лувр, один из крупнейших и старейших музеев в мире.
— Я впервые в Париже, — спокойно начала девушка, вдохновляясь живописным видом. — Через пару дней моё путешествие подойдёт к концу, а я только сейчас побывала на Эйфелевой Башне.
Парень слушал собеседницу внимательно и умиротворённо.
— Это место особенное, Рейн, чувствуешь? Здесь так хорошо и безмятежно.
— Согласен. До безумия дивное место. Можно приходить сюда, когда тебе грустно или когда желаешь начать новую историю, наблюдать за жизнью французской столицы.
— И чувствовать, как бьётся сердце Парижа.
Рейн в приятном удивлении перевёл взгляд на девушку, не перестающую разглядывать виды, открывающиеся с Эйфелевой Башни, и невольно улыбнулся.
— Давай сядем за столик, — предложил он, указывая на украшенный в романтичной манере столик в стороне, богато обставленный вкусными блюдами. — Постановочные папарацци скоро нагрянут. Нужно изобразить влюблённость.
— Помню, — кивнула девушка.
Солист "Блэк Бэнда" сначала галантно отодвинул стул, чтобы Виктория смогла присесть, и, задвинув его обратно, сел с противоположной стороны. Рядом с фруктовницей, на которой подавался разносортный виноград, стояла бутылка дорогущего вина. И Рейн в повисшем в воздухе неловком молчании откупорил напиток и стал разливать в бокалы.
— Папарацци уже здесь, — тихо произнёс он.
