Но от этих мыслей меня отвлекло явление моего принца. Я, сложив крылья, бросилась вниз, лихо обогнав неуклюжего Германа, который, делая миллион взмахов в секунду, как колибри, тоже пытался спуститься к наставнику. Хоть в чём-то я его превосхожу!
– Так ты думаешь, они всё-таки родственники? – спросил Мой Волк Буку, быстро скользнув по мне взглядом.
Мой радостный пыл тут же затух, и я смиренно встала по правую руку от Хозяина.
– Поверь мне, что-то не так с этими СамСветами, – ответил Бука.
– А Листопада ещё не видел?
– Нет. Но он придёт. У него же дочка молодая.
– Ты следи за ним.
– Обязательно, – качнул Бука длинным клювом чумного доктора.
Призраки разошлись. Я махнула рукой на прощание Герману, он кивнул в ответ.
Мы с Хозяином углубилась в туманную толпу. Призраки легко скользили, не задевая друг друга, паря над землёй. Полное отсутствие человеческой толчеи. Но я всё равно предпочла крылья и кружила над Царём. Я обожаю летать.
Хозяин, постоянно останавливаясь, перекидывался парой слов то с одним, то с другим призраком. Я зорко следила за ним, я его хранитель, его СамСвет. Правда, если появится Сорокопут, толку от меня будет мало. Надеюсь, что птица так и будет сидеть истуканом в своём Шипастом Лесу, на колючем кусту (или в Терновом замке – без разницы), главное – подальше от нас.
Мы приблизились к столикам с едой, которые, балансируя на камнях, удерживали хрупкое равновесие. Призраки набирали себе закуски на тарелочки, потом, каким-то магическим образом (надо спросить у Германа), брали из воздуха стулья, табуретки, скамейки и неторопливо поедали съестное. Один, похожий на мохнатого паука, устроился в кресле-качалке – любитель удобств. Даже какая-то гигантская рука, тащащая за собой жуткую безвкусную шляпу, словно рак-отшельник раковину, сотворила себе возле стола пенёк и начала грести под шляпу всё, до чего дотягивалась. Мерзость.
Царь махнул мне, и я опустилась рядом. Присесть он мне не предложил, а я сама брать мебель из воздуха не умела. Я украдкой схватилась за диски его жёсткого плаща: всё-таки призраки в таком количестве меня тревожили.
Хозяин протянул мне деревянный кубок с синей жидкостью. На вид как маленькое Воровское Озеро.
– Пей.
Надеюсь, ты не хочешь отравить меня, Мой Волк, и так коварно вернуть в Задорожье навсегда?
Я подчинилась. Напиток оказался прохладным, сладким, вкусным, напоминающим что-то… Клубнику! Синяя клубника?
– Что это?
– Компот из местных ягод, – ответил Мой Волк.
– М-м-м… Мне понравилось!
– А теперь съешь это.
Мой Волк протянул мне на большой ладони половинку какого-то фрукта. Я взяла двумя пальцами угощение с самой прекрасной «тарелки», которую можно было вообразить. Хи-хи.
Съешь меня, выпей меня – прямо Алисины игры.
Я подцепила пальцем желтоватую мякоть из жёсткой скорлупы фрукта.
– А это похоже на взбитые сливки, – определилась с ощущениями я.
– Да. Я знаю. Я пробовал взбитые сливки, – сказал Мой Волк.
Спросить – не спросить? Спрошу…
– А ты ведь учишься водить машину?
Мой Волк посмотрел на меня глазами-вишнями. Говорить с ним, задавать вопросы только ради этого взгляда.
– Да. Только это секрет. Не будем здесь говорить об этом.
Я кивнула. Общий секрет с Хозяином! Ух!
– Давай выбираться отсюда, – сказал Мой Волк.
Сам он ничего так и не съел.
Я поднялась в воздух и опять медленно полетела за наставником, словно привязанный за верёвочку летучий змей.
Здравствуй, Бархата.
Оказывается, с Подсолнух, из-за которой всё и стряслось, я познакомилась на празднике. С тех пор я каждое лето собираю букеты цветов и подвешиваю их на чердаке. Моя маленькая традиция. Цветов должно быть много во всех мирах.
После встречи с матерью Плед немного присмирел, но красные искры в чёрных глазках выдавали его истинный настрой.
– Пойдём скорее! Праздник не бесконечный! Мне потом четыре года ждать следующего! – торопил меня клетчатый наставник.
– Отведи меня к Бархате и играй сколько хочешь, – теперь просила уже я, устав от чужого праздника.
Мой мышиный хвост грустно повис, и мне уже было неинтересно, что там подумают Воры: да, мы с Гномом – брат и сестра, и отстаньте уже от нас!
– Нельзя тебе к Бархате, – пискнул Плед.
– Почему? Гному можно, а мне нельзя?
– Да. Сегодня ты должна быть со мной. Вам объяснили уже тысячу раз! – Плед стал летать вокруг меня.
Ненавижу эту его привычку: сразу кружится голова.
– Это нечестно! Сегодня ты невыносим! Ты же мой защитник! Помнишь? Ты обещал меня защищать! – не выдержала я и всхлипнула от обиды.
Маленький призрак перестал наматывать круги.
– Пора взрослеть, – сказал он.
– Да. Пора, – вздохнула я.
– Это я не о тебе, а о себе. Я за тебя отвечаю. Хороший из меня наставник, нечего сказать.
Эх, мой маленький плед-дракон.
– Не брани себя. Ведь всё обошлось. И мы вместе! – подбодрила его я: неугомонным он всё-таки нравился мне больше, чем унылым.
Плед завилял хвостом-уголком и запрыгал вокруг меня:
– Я тебя люблю!
– Оставайся лучше таким! – засмеялась я, пытаясь поймать призрака-дракончика. – Весёлым и беззаботным, а не серьёзным наставником, который хочет повзрослеть!
