После освобождения Молдавии воины Красной Армии на каждом шагу встречали следы чудовищных преступлений гитлеровцев. И все же тюрьма в Тирасполе поразила видавших кровь и смерть воинов. Обо всем рассказали стены, испещренные надписями. Надписи были сделаны на стенах, нарах и дверях. Большинство надписей на русском, часть на румынском, некоторые воспроизведены на английском и французском языках. Заверенные копии надписей были переданы в партархив при ЦК КП Молдавии.
В начале 1942 года в городе Жмеринке рядом террористических актов заявила о себе подпольная группа «Советские патриоты». Один за другим на воздух взлетали воинские составы, бесследно исчезали штабные офицеры и солдаты, нарушалась связь, расклеивались антифашистские листовки на немецком и румынском языках. Летом 1943-го гитлеровские ищейки смогли арестовать более 300 человек. Среди них оказались активные работники группы «Советские патриоты»: журналист из Ростова-на-Дону, редактор нелегальной рукописной газеты «Красный партизан», выходившей в Жмеринке, Константин Сергеевич Гришин, который действовал в группе под фамилией Гриценко; военнопленные, бежавшие из лагерей. Арестованных увезли в Тирасполь и заключили в тюрьму. Сознавая, что им всем грозит расстрел, решили готовиться к восстанию. Но вырваться из усиленно охраняемой тюрьмы было трудно.
Палачи расстреливали людей по ночам и только мелкими группами. Так же хотели они поступить и с 18 жмеринскими подпольщиками. Когда ночью 2 декабря 1943 года жандармы хотели вывести часть патриотов на расстрел, все 18 сокамерников набросились на палачей. Жандармы, отбиваясь прикладами, еле-еле выбрались из камеры. А через минуту в дверной глазок высунулось дуло пулемета. Загремели первые выстрелы, слившиеся в трескучую длинную очередь. Но и она не могла заглушить «Интернационала», который запели непокоренные смертники…
Письмо К. С. Гришина напечатала газета «Красная звезда» 22 января 1965 года.
Несмотря на то, что поблизости грохотали разрывы, почтальон 28-го почтового отделения Зинаида Туескова разносила газеты и письма. Особенно она спешила порадовать весточкой с фронта одинокого старика Генералова, жившего в 5-й квартире дома № 24 по улице Петра Лаврова. Но на дверях комнаты висела сургучная печать. Соседи сказали, что во время артиллерийского обстрела старик погиб. И весь день Зинаида Туескова, казалось бы, уже привыкшая к людскому горю (сколько «похоронок» она доставила ленинградцам за годы войны!), ходила с заплаканными глазами. А письмо, не нашедшее адресата, было возвращено обратно на фронт (полевая почта 17292, Генералову). И по скорбной приписке на треугольнике письма Генералов-фронтовик, должно быть, сын старика, узнал, что тот погиб при артобстреле Ленинграда.
О путешествии невостребованного письма рассказала газета «Ленинградская правда».
