5. Сценарий мульта отдал главному редактору Мультфильма. Котеночкина в городе не было, он приехал только вчера. Сейчас сценарий размножается, в среду (завтра) иду говорить и получать указания. Но буду тверд: только после сумм и только для режиссерского варианта вновь подниму я перо на этот сценарий.
6. О договоре на НВ. Опять чудовищное невезенье: преподобная Белка накануне того дня, когда они собирались к Ганичеву, умудрилась сломать палец на ноге и сидит дома. К Жемайтису не могу прорваться, он дни и ночи на заседаниях. НО: я звонил Нине Сергеевне[88] и захватил ее накануне отъезда в отпуск. Она попросила изложить дело по телефону, что я и сделал. Она одобрила наше решение послать письмо Беляеву и содержание письма. Сказала: не исключено, руководителям МолГв только указания сверху и не хватает. Я сразу же позвонил Беле, она тоже с этим согласилась. Таким образом, я полагаю: сегодня или завтра добиться все-таки Жемайтиса, и если никаких движений до сих пор нет, посылать письмо.
7. Пришло письмо из журнала «Советский шахтер». Они, видишь ли, получили полтора десятка писем от читателей и жаждут по этому поводу взять у нас интервью. Просят места и часа для моей встречи с корреспондентом. Я решил послать им письмо с предложением дать вопросы в письменном виде и письменно же ответить, чтобы не получилось, как с «Техникой — молодежи». Согласен?
Вот пока все. Срочно пиши свои соображения по поводу этой информации.
Жму, целую, твой Арк.
Привет Адке и Росшеперу.
В ЦК КПСС, Отдел культуры, тов. Беляеву А. А.
от писателей
Стругацкого А. Н.,
Стругацкого Б. Н.
Уважаемый товарищ Беляев.
Мы позволили себе побеспокоить Вас по следующему делу.
В конце 1970 года мы подали в Издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая Гвардия» заявку на авторский сборник «Неназначенные встречи», включающий наши новые повести «Дело об убийстве», «Малыш» и «Пикник на обочине». Издательство воздержалось тогда от вступления с нами в договорные отношения — вероятно, потому, что одна из повестей еще не была к тому времени закончена.
В начале 1972 года мы представили в Издательство уже полную рукопись всего сборника. На уровне редакции сборник был принят с удовлетворением, однако договор с нами Издательство опять не заключило.
В начале мая 1973 года мы получили редакционные замечания, в соответствии с которыми произвели значительную работу по стилистической и сюжетной правке сборника.
На сегодняшний день положение таково: все три повести уже опубликованы в периодике («Дело об убийстве» — «Юность», 9–10, 1970, «Малыш» — «Аврора», 8–11, 1971, «Пикник на обочине» — «Аврора», 7–10, 1972); повести имеют положительную прессу (в частности, «Пикник на обочине» имеет развернутую рецензию в журнале «Литературное обозрение», 2, 1973); насколько нам известно, имеются весьма положительные внутренние рецензии и ни одной отрицательной. При всем при этом руководство Издательства по-прежнему упорно уклоняется от вступления с нами в договорные отношения.
Как Вам, возможно, известно, мы являемся профессиональными писателями. Ситуация, изложенная выше, означает для нас, кроме всего прочего, крайнее стеснение в материальном отношении. Это в свою очередь вынуждает нас тратить много сил и времени на второстепенную, только для заработка, работу.
Мы просим Вас, уважаемый товарищ Беляев, воздействовать своим авторитетом на руководство Издательства и таким образом разрешить это совершенно ненормальное положение.
В случае если у Вас возникнут какие-либо сомнения, мы всегда готовы посетить Вас и дать необходимые дополнительные объяснения.
С искренним уважением, [подписи]
К сожалению, один из нас живет в Ленинграде, а тот, кто живет в Москве, не имеет телефона. Так что в случае надобности убедительно просим сообщить о Вашем решении по адресу: [адрес АНа]
Дорогой Аркашенька!
Получил твое письмо. Все мероприятия полностью одобряю. Единственное исключение: может быть, все-таки, посылать письмо Беляеву не сразу, а подождав, как мы раньше договаривались, до 15-го? Дать, так сказать, начальству возможность проявить добрую волю. По-видимому, ты сейчас уже поговорил с Жемайтисом. Не знаю, что он тебе сказал, но если он сказал что-нибудь вроде: подождем, ребята, хоть недельку — тогда надобно подождать. А вот если до 15-го ничего не произойдет — тогда уж посылать письмо. И обязательно, конечно, изъяснить ситуацию Жемайтису, что ты, вероятно, уже сделал. Конечно, если Беляев вызовет нас на ковер — пиши мне, я примчусь.
У меня тут, сам понимаешь, никаких особых новостей нет и быть не может. Жду 4-го, когда можно будет сходить в Лендетгиз и получить хоть половину. (Аванс за «Аврору» я уже получил, а ты? 250 ряб примерно.) Провел последнее занятие с молодыми в этом сезоне. Принимаю тещу.
