- Нет. Она просто… Не знаю, но почему-то ей было не всё равно, понимаешь? Ей было интересно, в порядке ли я, не ранена ли, как у меня идет служба. Она хотела знать обо всем. Когда Август лишился ноги, она разговаривала со мной об этом и успокоила меня, даже находясь на другом конце света.
- Так значит, это благодарность? – скептически спросил Нил.
- Нет, – ответила девушка и, немного подумав, добавила. – Конечно, я благодарна ей, но это не все. Не это главное. Понимаешь, у себя в городе она мэр, и всё боятся её. Для всех она этакая Злая Королева с ледышкой вместо сердца. Все думают, что она кроме сына никого не любит.
- Да, стервы чертовски сексуальны, – поддразнил Кэссиди, получив в ответ убийственный взгляд.
Убедившись, что парень прикусил язык, Свон заговорила снова:
- Но со мной она никогда такой не была. Ну, специально, то есть, – поправилась Эмма. – Она доверилась мне, она пустила меня в дом, познакомила с сыном. Она впустила меня в свою жизнь.
Они немного помолчали, и Нил насмешливо ухмыльнулся:
- Да-а, ты круто влипла, Эмс. Что, мне готовиться гулять на свадьбе? Серьёзно, я уже слышу свадебный марш!
Эмма засмеялась вместе с ним:
- Нет. Но, ты прав, я круто влипла, – без тени смущения признала она.
- Здорово, правда? – загадочно обронил Кэссиди.
- Что?
- Не прятаться. Просто поговорить с кем-то о ваших девичьих штучках.
Эмма весело хмыкнула, но тут же вызывающе вздёрнула бровь:
- Ну, если ты хочешь поговорить о девичьих штучках…
- Не-е-ет, – с наигранным испугом простонал Нил и слегка ткнул её в щеку.
Эмма, смеясь, толкнула его в ответ. Конечно, она не признается в этом Нилу, но он прав. Здорово не скрывать чувств, которые стали важной частью её самой. И пусть она может рассказать об этом только ему. Ей повезло, что из тысяч солдат с ней рядом служит именно лишенный предрассудков Нил. Он поддерживает её. Другим повезло намного меньше.
К тенту подбежал Хольт, тоже попавший в число счастливчиков, которым доверили выяснить местонахождение Аль-Каиды. Он кивнул, в знак приветствия:
- Буря кончилась.
Этого Эмме с Нилом было достаточно, и они молча встали. Нил надел шлем, и Хольт повел их туда, где уже собрались остальные.
- Господи, ну и пекло! – простонал Нил, наверное, в сотый раз. Солнце палило, и даже ночи в пустыне не приносили желанной прохлады. Нил жаловался на жару не переставая, так что каждый в их отряде из двадцати человек уже был готов его прибить.
- Мы уже поняли, Кэссиди, – откликнулся идущий позади Фред. – Вы, ньюйоркцы, плохо переносите жару.
- Нарываешься, Алабама?
- Не вопрос, Кэссиди.
- Если что, я ставлю на Хольта, – Эмма хитро ухмыльнулась.
- Значит так, да? Предательница, – обиженно протянул Нил.
Они шли по пустыне уже три дня, по ночам выставляли караулы и спали посменно. Вокруг не было никаких признаков цивилизации, если не считать оставленного позади тента. Разведка снабдила их точными координатами места, где засекли активность Аль-Каиды, и теперь они направлялись в ***. Фишка была в том, что террористы обосновались прямо в центре самой обычной маленькой деревушки. Там живут самые обычные люди, далёкие от войны. И, скорее всего, они одинаково сильно боятся и боевиков, взявших деревню под контроль, и их, американских солдат, несущих мир. Сказать, что дело деликатное – ничего не сказать, ведь на кону жизни ни в чем неповинных людей. Только вот Эмма была готова спорить на что угодно, что генерал Спенсер смотрит на это по-другому. Он явно сторонник логики «Манхэттенского проекта»[3]. Убейте сотню ради спасения тысячи, а если убитые еще и не окажутся американцами, что ж, тем лучше.
- Если быстро дойдем до места, может, вернемся по домам к Рождеству, – раздался из середины отряда голос Кеннеди. Парень недавно окончил Вест-Пойнт, и это была его первая командировка на Ближний восток. Вообще говоря, он был хорошим солдатом, только уж очень любил выпендриваться, это раздражало.
Остальные дружно расхохотались.
- А что, ты уже планируешь рождество, Кен? – пробасил Хали, амбал, два на два, бывший на голову выше всех остальных во взводе.
- А что? Я просто говорю, что мы можем по-быстрому надрать пару террористических задниц и успеть домой вовремя, чтоб поесть индейку.
Пара человек снова рассмеялась, подзуживая самодовольно ухмыляющегося парня, но Эмма и остальные просто покачали головой на этот комментарий. Невежество и самовлюбленность Кеннеди уже успели превратиться в отряде в притчу во языцех.
- Когда я до них доберусь, эти паки даже не поймут, откуда им прилетело, – продолжал бахвалиться Кен.
- Что? – переспросил Фредерик, резко останавливаясь.
- Мы в Ираке, мужик, – быстро встрял в разговор Нил, надеясь, что желторотик догадается заткнуться.
- Да без разницы.
- Есть разница, – жестко бросил Хольт. И без того неуютный влажный воздух будто накалился от его резкого тона. Фред был одним из самых славных парней, которых Эмма встречала в жизни, но даже добряка может бесить чужое невежество.
- Между нами и Пакистаном сейчас пара стран минимум, – добавила Свон. Не только Фреда разозлило замечание необстрелянного салаги.
