— Не поверишь, — Иван Антипович поморщился, словно съел кислое, — умудрился оступиться на осыпи и сверзился что твой колобок. Перелом голени и трещина в ребре. Так что пришлось самого себя снимать с маршрута.
Геолог развел руками. Никифоров бросил на друга сочувственный взгляд. Прекрасно понимал горечь и разочарование человека, приподнял крышку котла с сокровищами, да только одним глазом заглянуть внутрь удалось.
— Ничего, люди дальше пойдут по маршруту. Я их в следующий сезон на Лене встречу. К лету должен оправится. Врачи гимнастикой заставили разминаться. Так что завершаю дела в Институте, готовлю отчет и гидропланом до Иркутска. В Кузнецке промышленник уже предупрежден. Я ведь успел заехать, доложить о результатах. Так что уже этим летом завод разворачивает комплексную разведку промышленной добычи.
— Не сидите вы на месте, Иван Антипович, — заметила Елена Николаевна. — Давно пора остепениться.
— Чувствую, пора. Мне этим дурацким падением Господь явственно намекнул по черепушке. Доведу экспедицию до ума, завершу камеральные работы, подобью отчеты, может быть, на маршруте мои люди еще что интересное вскроют.
— Должны вскрыть, район интересный, нехоженый и богатый.
— Знаешь, Иван Дмитриевич, я пока в Иркутске в больнице лежал писаниной увлекся. В столице продолжил. Ты только не смейся, но старые полевые истории записываю и свои фантазии на бумагу кладу.
— Молодцом, — Никифоров сразу понял, что человек ищет одобрение. — Может в журналах напечатают. Сейчас многие интересуются геологией.
— Дядя Иван, а как вы редкие камни в горах находите? — пискнула Настя.
— Не только в горах. Мы по тайге, пустыням, лесам ходим. Строение Земли изучаем. Все что до нас люди нашли, систематизировали, описали приходится изучать, карты, аэросъемку смотреть. Только потом уже в поле выходим. Ой, прости, Настенька! — Ефремов хлопнул себя по лбу и вскочил со стула.
Гость убежал в прихожую. Минуты через две вернулся таинственно улыбаясь.
— Анастасия, это тебе — Иван Антипович протянул девочке жеоду, выложенную изнутри крупными кристаллами аметиста.
— Ой, спасибо!
— А это тебе, — на стол перед Тимофеем лег срощенный с куском породы мутноватый топаз.
Мальчишка рот раскрыл, глядя на это чудо. Младшим близнецам достались прозрачные кристаллы хрусталя. Особенно понравился детям образец с вкраплениями лазурита.
— Балуешь детей. Спасибо! — добродушно улыбнулся Никифоров. — Хорошие подарки, ценные и со смыслом. Мне и привозить пока нечего, не гильзы же дарить и корпуса от гранат?
— Не за что. Ты сам надолго в Петербург? Дальше куда?
— Увы. Сам не знаю. Пока здесь. И знаешь, Иван Антипович, если не страшно, дай на пару вечеров почитать твои записки и рассказы.
— Тебе дам. Приезжай и бери. Только сильно не ругай.
3 июня 1941. Князь Дмитрий.
Зимой в Палестине хорошо, летом не очень. Зной и пыль, сухой воздух из пустынь далеко не то что ждешь от Земли Обетованной. Весну даже не заметили, уже май принес жару и сухость. Неудивительно, очередной вызов в столицу князь Дмитрий, воспринял как глас небесный.
— Ты мне нужен, — прозвучал в трубке хорошо знакомый голос.
— На сколько лечу?
— Рассчитывай на неделю. Рад забрать тебя совсем. Мне умный и преданный друг рядом с собой сейчас во как нужен, но должен же кто-то за головорезами Жаботинского приглядывать и с арабами вопросы решать.
— У меня здесь два грамотных помощника.
— Не сомневаюсь. Но пока официально не прошла коронация, в Иерусалиме нужен контроль.
При этих словах императора князь бросил взгляд на настенный календарь. Искомая дата обведена красным кружком. Еще месяц, затем Иерусалимское королевство официально и окончательно ляжет под руку Романовых. Разумеется, Алексей не прилетит, хоть очень того желает. Врачи не советуют и дела не выпускают дальше старых границ европейской России. Церемония пройдет в соборе святителя Николая в столице.
— Хорошо, уже звоню на аэродром. Какие темы мне ожидаются?
— Вопросы войны и мира, разумеется.
Положив трубку Дмитрий на минуту задумался. Затем князь взял аппарат местной линии и набрал свой домашний номер. Трубку снял казак охраны. Минуты через две к телефону подошла княгиня.
— Марина, я лечу в Петербург. На несколько дней. Возможно сегодня.
— Я тебя провожу. Домой заедешь? Сейчас соберу твой чемодан.
— Лучше если ты меня сопроводишь. Собирай детей. Школа закончилась, пусть отдохнут немного в нормальном климате. Дня два на квартире поживём, потом сниму дачу на побережье.
— Лечу. Летим все вместе, — решительно выдохнула супруга. На иной ответ Дмитрий и не рассчитывал. То, что Марина надолго в столице не останется, князь тоже понимал. Младшим нужны солнце, море и свежий воздух. Дети в отличие от взрослых легко переносили местные погодные неурядицы, им жаркое солнце и поездки с казаками на Мертвое Море только в радость. Но жара, палящее солнце в зените летом утомят даже детей.
