Вылететь сегодня не получилось. Пришлось потратить время на вразумление помощников, предупредить военную администрацию, позвонить в штаб фронта. По некоторым данным назревал мятеж в Трансиордании, но армейцы уверили князя, что спокойно справятся. Даже наоборот, некоторые горячие головы были непрочь отличиться при подавлении беспорядков.
Рано утром, когда солнце еще не успело нагреть каменистую глину пустыни, многомоторный «Форпост» с горделивой раскраской в цвета императорского штандарта оторвался от поля и взял курс на север. Знакомый маршрут с двумя посадками. Спокойный район планеты. Пассажирские лайнеры и транспортники давно уже летали над Ближним Востоком без сопровождения. Война ушла из этих мест. Точнее говоря, война между государствами сменилась войной племен. Привычной местным народам со времен Адама, вообще-то говоря.
— Все хорошие дачи давно заняты, — заметила княгиня. — Надо было в апреле шевелиться.
— Так ты сама не хотела улетать в Петербург.
— Без тебя.
— С моей службой ничего нельзя предсказать заранее, — рука Дмитрия легла на ладонь супруги.
— Будем надеяться. Позвоню подругам, попрошу помочь подыскать домик.
— Варианты есть, но на хороший дом с обстановкой в хорошем месте можно только надеяться.
— Меня устроит и рыбацкая лачуга. Боже, после Палестины меня, все устроит!
На Гатчинском аэродроме самолет встречали. Прямо к трапу подкатили три машины. Бравый подъесаул с залихватски подкрученными усами сразу наметанным взглядом выхватил князя среди пассажиров.
— Выше высочество, подъесаул Семиреченского войска Макар Решетников.
— Вольно. Макар, прости не знаю отчества, — князь сразу перешел на простой демократический стиль обращения. — Можно ли выделить одну машину, отвезти княгиню с детьми и прислугой на квартиру?
— Макар Савельевич, ваше высочество. Мне приказано передать вам с семьей высочайшее приглашение в Александровский дворец, — понизив голос казачий офицер добавил. — Царь сам лично распорядился.
— Тогда по машинам. Марина у нас заезд в гости.
Трех машин и автобуса хватило на всех гостей с казаками конвоя. Для охраны князя с другого борта подъехал большой кабриолет «Лебедь». Экипаж лайнера ждали номера в гостинице. Помощники князя позаботились.
Летом почти и не темнеет. На Балтике стоят знаменитые белые ночи. Князь всю дорогу вертел головой, но каких-либо особых изменений не заметил. Только на окраине Гатчины появились новостройки, да на Киевском шоссе следы свежего ремонта.
— Рад тебя видеть! — Алексей встретил князя в холле дворца.
— Княгиня Марина Александровна, очень рад, — радушная улыбка заиграла на устах императора. — Прошу не побрезговать приглашением. Здравствуйте, Надя и Серёжа, — уже к младшим Романовым.
— Добрый вечер, дядя Алексей! — Сергей сделал серьезное лицо и попытался охватить пальцами протянутую руку.
— Большое спасибо за приглашение, Ваше величество. А где Наталья Сергеевна?
— Спускается. Она с мальчишками помогает учить язык нашей норвежской гостье.
— Девушка еще в России? Не знал.
— Пока у нас. Мы с Хоконом посчитали, что его семье безопаснее здесь, а не в Осло. Сам знаешь, до конца войны оставалась угроза бомбардировок.
Князь легко прочитал по глазам и интонациям сюзерена всю подоплеку ситуации с норвежской королевской семьей. Если король и наследник вернулись домой, как только исчезла угроза столице королевства, то королевская семья продолжала гостить у старшего союзника. Как понимал Дмитрий без малейшего принуждения и даже намеков на такое со стороны русских. Алексей, как и его отец отличались редкой щепетильностью.
В принципе, Петербург куда безопаснее Осло, но есть один интересный фактор. Дмитрий еще в прошлом году замечал красноречивые взгляды, бросаемые цесаревичем Георгием на принцессу Астрид. Не вовремя краснеющие щечки и опущенные глаза девочки говорили, что романтическая влюблённость взаимна. Возраст у обоих весьма нежный, но цари взрослеют рано. Если же вспомнить знаменитые Шекспировские страдания, то стоит воспринять детскую дружбу правильно, с намеком на продолжение.
— Завтра днем у меня серьезное совещание, утром постараюсь ввести тебя в курс дела, а сегодня ни слова о делах.
— Ты меня за этим вызвал?
— Дмитрий, дай мне тоже хоть один вечер забыть о короне и побыть простым человеком!
Как Алексей и обещал, за ужином разговаривали, о чем угодно, но только не о политике и экономике. Кроме двух семей Романовых в малой гостиной собрались Глюксбурги, князь Голицын Александр Дмитриевич с двумя сыновьями и их семьями и граф Игнатьев. Разумеется, молодая звезда российской политики сидел за столом с супругой. Графиню вдвоем опекали императрица и Марина, потому как Анна Игнатьева была в положении на позднем сроке.
