Черепаха как можно спокойнее стала комкать свою спешку. Только поздним вечером ей наконец удалось это сделать.
Потом она закопала этот ничтожный, но все еще очень беспокойный комочек в землю.
«Так и есть, — убедилась черепаха. — Теперь я больше не тороплюсь».
Всю ночь она простояла на одном месте. Она закрыла глаза и даже перестала вздыхать. «Э-хе-хе», — была ее единственная мысль.
На следующее утро черепаха очень спокойно поползла к дубу, под которым жила.
«Вообще-то, — подумала она, — я должна поблагодарить улитку. Но не очень скоро. Только спустя значительное время».
А потом черепаха спокойно и сдержанно позабыла, что когда-то она торопилась.
Письмо было черное. Белка такого никогда еще не видела. Она нахмурила брови и прочитала:
Больше ничего написано не было. И адреса отправителя не было. И белкиного адреса тоже.
Белка села на стул. Она знала, что ветер никогда не ошибается.
Она перечитала письмо еще несколько раз, но понимала все меньше и меньше.
Тогда она надела теплую куртку и отправилась к муравью.
Шел снег, и лес трещал от мороза. Дрожа от холода, белка постучала в дверь к муравью и показала ему письмо.
— Да, — сказал муравей, дочитав. — Это мрачная новость.
— А что такое «не так»? — спросила белка.
— Не так… — задумался муравей. — Ну…
Он попытался объяснить белке, что же это такое. Рассказ получился длинный и запутанный, и когда муравей наконец замолчал, белке показалось, что ей на спину положили тяжелый камень и она никогда теперь от него не избавится. Но вот что такое «не так», она все еще не знала.
— Давай лучше выпьем чего-нибудь сладкого? — предложил муравей. — Пока это еще возможно.
— Пока это еще возможно? — удивленно переспросила белка, потому что не поняла, что муравей хотел этим сказать.
— Да, — подтвердил муравей. — Так это называется.
— Вот как, — произнесла белка.
Они стали пить что-то сладкое и замолчали.
Ветер гудел за деревьями.
Уже наступал вечер, когда муравей сказал:
— Тебе пора, белка.
— Да, — согласилась она.
Она шла домой через темный лес. «Пока это еще возможно, я буду идти домой», — повторяла она про себя.
В тот вечер белка долго-долго сидела у окна. «Теперь я унылая», — подумала она, глядя в темноту.
Но когда вечер заканчивался, ветер распахнул ее дверь, и в дом влетел замерзший, весь в снегу конверт.
Белка отряхнула с письма снег, открыла его, разломив замерзшую бумагу, и прочитала:
Письмо было странное. Но белка взобралась на стол, сказала сама себе: «Теперь я — слон», — и стала раскачиваться на лампе, пока не рухнула вместе с ней на стол. А потом сказала всем разбитым вещам:
— Какой пустяк!
