Очень надеюсь, что Комитет в Нью-Йорке найдет ближайшие возможности собрать сумму на выставку. К сожалению, по-прежнему не знаю плана ее. Судя по Вашему запросу о фотографии Лагора[1081] и Гималаев, по-видимому, Тюльпинк думает включить в состав выставки и памятники Азии. Конечно, принимая во внимание не только Индию, но и Персию, Китай, Французский Индокитай[1082], Сиам, Японию, все это может дать колоссальный материал, но кроме средств и потребовало бы большего времени. Дать фотографию Лагора нетрудно, но, как Вы знаете, Лагор наименее интересен среди городов Индии[1083]. А выставить фотографию Гималайской Цепи могло бы вызвать подозрение, не подготовляем ли мы новую немецкую экспедицию в Гималаи, о чем было слышно в газетах. Чтобы нас не обвинили в неточности и в бессистемности, не лучше ли предоставить в данном случае самому Тюльпинку ограничить состав выставки? Ведь выставка может быть или только бельгийской, или европейской, или всемирной. Тюльпинку на месте виднее, где положить предел по обстоятельствам[1084]. Со своей стороны посылаю ему еще раз лучшее пожелание успеху выставки.

Шлем такие же сердечные пожелания успеха наших Обществ в Париже во всех Ваших трудах.

<p>332</p><p>Н. К. Рерих — Э. Лихтман</p>

12 апреля 1932 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб]

Родная Ояна.

Три ящика новых картин посылается в Америку. Из них маленький ящик с эскизами — почтою, а два ящика — грузом. При сем прилагаю список с ценами для продажи. Воспроизводить можно «Мадонну»; остальные подождите.

Содержание ящика № 3 может быть выставлено в Музее полностью или частично, как лучше по обстоятельствам. «Мадонна Орифламма»[1085] пусть висит на двери в середине эстрады в зале, где лекции. Диптих «Св. Сергий»[1086] и «Св. Франциск»[1087] может висеть в глубине того же зала посередине стены вместо «Книги Голубиной»[1088], которую можно повесить или на другой стене, или сбоку вместо «Снегурочки»[1089]. «Св. София»[1090] может висеть в зале около библиотеки, в глубине, напротив триптиха «Жанна д’Арк»[1091]. «Святые пещеры»[1092] могут висеть в зале имени Н. Хорш или посередине стены под надписью именного зала, или на месте «Паранирваны»[1093], которую можно или поднять над дверью, или перенести в следующий зал. Впрочем, если на «Святые пещеры» возможен покупатель, то, может быть, лучше пока не вешать. Цены поставлены обычные, но, конечно, предоставлю обойтись по обстоятельствам.

Картину за № 27, пожертвованную Археологическому Институту, хорошо бы передать при достойных обстоятельствах. Также по обстоятельствам нужно действовать и во всех прочих действиях. Нужно все худшее поворачивать на лучшее. Нужно смотреть лишь вперед. Нужны новые друзья. Надеемся, что действия Рикаби не испортят дело с освобождением от таксы. Баттлю это виднее. Все должно быть очень подвижно, чтобы применять обстоятельства.

Не найдется ли кто из комит[ета] бондх[олдеров][1094] или банков, лично звучащих на Культуру? Сейчас выставка Тюльпинка особенно полезна, ибо она докажет в Европе, что деятельность идет. Наши мысли знаете из журналов заседаний. Мерзость Кёльца превзошла все ожидания.

Последние дни опять довольно трудны для Е. И. — боли солнечного сплетения, слюна, иглы в руках… Принимает строфант. Вообще, чувствуется неслыханное напряжение в атмосфере.

Шлем Вам всем мысли о твердости и объединении сознаний.

<p>333</p><p>Н. К. Рерих — М. А. Таубе</p>

№ 17

12 апреля 1932 г. «Урусвати»

Дорогой Михаил Александрович,

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги