8. VI.36. Сейчас получено письмо от Маг[оффина], копию которого Вам пересылаем. Если бы почему-либо нужен был и этот оригинал, то можем его выслать. Письмо это не только показывает нравственный уровень «ученого», но и дает явный ключ ко многому, задуманному злоумышленниками. Такие вещи нужно знать и быть готовым встречать всякие подобные злоумышления. Спрашивается, может ли называться человек ученым, если он отрицает то, чего он сам вообще не знает? Итак, по мнению этого «ученого», нельзя касаться предметов, существующих в мироздании. Теперь, когда существуют тысячи Обществ психических исследований и изучающих философии, более чем странно звучит голос злобного невежественного ученого, который, как попугай, способен повторять наветы злоумышленников. Откуда же у него сведения только об ударах стола, а почему же он не говорит о всех прочих [сп]особах, сообщениях и автомат[ических] писаниях и о яснослышании и ясновидении? Ясно одно, что невежда повторяет нашептанное ему злоумышленниками. Не забудем, что Франц[узская] Академия назвала Эдисона шарлатаном за его фонограф, ведь Вы знаете, как длинен список подобных позорных, невежественных для ученых суждений. Теперь Вы еще раз видите, почему так нужен Милликан, который вполне подготовлен, чтобы говорить о философских и прочих духовных предметах. Понимаем, что сейчас нет средств, чтобы оплатить привлечение и этого адвоката к делу. Но кто знает, может быть, он согласился бы пока принять [в] обеспечение картину или две картины, которые потом могли бы быть выкуплены от него. Как видите, пис[ьмо] Маг[оффина] полно мерзких угроз, а его предложение способствовать вывозу всех Вас из здан[ия] и нагло, и возмутительно в высшей степени. Он намекает на свое участие в Комитете бонд[холдеров], но ведь Фрид[а] именно в этом Комитете имеет большое влияние и вряд ли что-либо без н[его] может быть сделано. Во всяком случае, Вы видите, что это мерзейшее письмо открывает некоторые горизонты, и это обстоятельство нужно принять к ближайшему сведению. Недаром Милл[икан] был Указан. Ведь в вопросах высшей духовной философии нужно быть сердечно подготовленным, чтобы отвечать темным невеждам. На чем осталось дело с Ч. Крэн[ом]? Говорили ли ему или Броди о том, что под картины мог бы быть дан заем? Как видите, всеми силами думаем о денежной стороне.
Каким образом невежда может говорить о книгах, которых он вообще не читал? Наконец, кто же может найти в книгах Этики хоть что-нибудь дурное, аморальное или разрушительное? При издании книг «Мира Огн[енного]» в Латв[ийской] цензуре было сказано: «Какая интересная кни[га]». А ведь там сейчас цензура очень строга, выходит, что рижск[ий] цензор гораздо просвещеннее так называемого ученого-профессора. А какое сейчас движение такой философ[ии]! В Англ[ии] Алис[а] Бэйли рассылает двести тысяч лифлетов, и никто ее за это не преследует. Все письма нинкомпупов лишь показывают, на что именно нужно обратить особое внимание. Как Мимэ, они в своих письмах преждевременно выдают задуманные злоумышления[361]. Надеем[ся], что наши адвокаты побывали у яп[онского] консула — теперь это было бы уже поздно, ввиду событ[ий], указываемых газетой. Напишите нам результаты этого визита — крайне важно.
