Страшный удар по ногам. Палуба подпрыгнула и ушла из-под ног. Георгий Гейден ухватился за поручень и еле удержался на ногах. При этом адмирала приложило о щит навигационных приборов. Командир линкора удержался, он так и стоял, широко расставив ноги, только по подбородку стекала кровь, разбил губу биноклем.
Контр-адмирал Эссен подхватил боцманмата гальванеров под руку, чтоб тот не упал. Белое как снег лицо унтера перекошено от боли. Человек осторожно опустился на палубу и попытался вправить неестественно свернутую на бок стопу. Переломы ног частая травма в бою. Динамический удар палуб способен крушить кости как мел.
— В лазарет, — коротко бросил один из офицеров.
Сам сорвал со стены аптечку и протянул одному из склонившихся над боцманматом матросов.
— Куда нам залепили? — Гейдена заглушил торжествующий рев главного калибра. Стальной русский витязь метнул очередной залп в противника.
В рубку дозвонился начальник партии борьбы за живучесть. По его рапорту снаряд ударил в главный пояс напротив башни «буки». Плиты устояли. Повреждения незначительны. Куда хуже град снарядов среднего калибра. Повреждения накапливаются. Выходят из строя люди.
Радар на грот-мачте уже вышел из строя. Выбиты три ПУАЗО, разбита одна башня универсального калибра, еще в одной от сотрясений заклинили механизмы подачи. Силами аварийной партии за борт сброшен разбитый самолет.
— Они реже стреляют, если не ошибаюсь, — начальник штаба отошел от наблюдательной прорези и взял в руку карандаш.
— На втором линкоре давно уже половина артиллерии смолкла.
Николай Эссен пристально посмотрел на адмирала. Затем отступил к столику с радиограммами.
— Мы им разорвали строй.
— Понял, — Георгий Гейден взялся за телефон. — Радио и сигнал на «Босфор». Полный ход. Поворот на румб влево.
— Зажимаем голову?
— Да. Вениамин Павлович распорядитесь своим артиллеристам, пусть перенесут огонь на флагмана.
Командир уже передавал распоряжения в низы. Машинный телеграф звякнул, встав на сектор «самый полный».
— Похоже я опоздал, — взгляд Гейдена прикован жуткому зрелищу по курсу линкора.
Стальная махина «Босфора» раскачивалась, от корпуса разбегались высокие волны. Сильный удар в надстройку или мачту швырнул корабль на борт. Дым из труб и от пожаров, выплескивающиеся из башен универсалов струи огня не дают разглядеть что там случилось. Впрочем, амплитуда уменьшается. Русский рыцарь не сбавляет ход, винты рубят воду за кормой, вздымают пенные буруны.
По запросу штаба пришел рапорт о повреждениях «Босфора». Многочисленные течи, расшатаны плиты пояса, выбита носовая башня. Последний тяжелый снаряд ударил точно в коробку главного директора. Пост выведен из строя. Люди погибли.
— Поздно, но ничего, сейчас мы отыграемся, — вице-адмирал злобно проскрипел зубами. — Надо было раньше запросить рапорт.
На «Норт Кэролайн» творился сущий ад. Корабль шел через открытые врата преисподней. Последние полчаса вокруг корабля падало ощутимо меньше тяжёлых снарядов, но точность огня русских не снизилась. Зато к обстрелу подключился тяжелый крейсер и несколько эсминцев.
Снаряды среднего калибра не пробивали броню, но они крушили небронированные оконечности, надстройки, выбивали посты и малокалиберную артиллерию. Носовой директор разбит, кормовой стабильно показывает дистанцию в шесть кабельтовых, хотя противник на горизонте. Радары от сотрясений вышли из строя. В трюмах вода. Тяжелый снаряд ударил в основание второй трубы, разрушил дымоходы, рикошетом скользнул по главной палубе и взорвался от удара о противоположный борт. Из-за повреждений дымоходов и разбалансированной автоматики пришлось на время снизить давление в котлах.
— У русских не лучше, — лицо кэптена Френка Томаса перекосило гримасой.
— «Теннесси» отворачивает, — голос молодого унтера сорвался на тонкий свист.
— Сигнальте, радируйте на «Калифорнию», чтоб догоняли, — командующий эскадрой не терял присутствие духа.
Хотя ситуация тяжелая. Не надо быть семи пядей во лбу чтоб понять, чем грозит потеря строя и разрыв в дистанции.
— Они и так выжимают из котлов все что могут. На лаге 20 узлов, — слова командира «Норт Кэролайн» Томаса звучали приговором.
— Есть идеи? — Буффало Билл наклонил голову обращаясь к своим штабным.
Хэлси недаром получил это прозвище. Чертовски упрямый, энергичный и не дурак подраться. Сейчас ему требовалось решение как выкрутиться из передряги куда сам же и влез.
— Первым «Босфор». Одну башню ему точно сковырнули, видите: чередуются двухорудийные залпы.
— Продолжай сынок.
— Поворот оверштаг и наваливаемся на второй линкор. Быстро бьем его вместе с «Калифорнией».
— Разворот, — Хэлси задумчиво поскреб шею. — Стоит попробовать. Готовьте приказы.
В голове упрямого адмирала вырисовывался план.
Очередной полный залп лег за кормой «Босфора». Второй корабль линии тоже вышел из месива всплесков. Американцы скорректировали углы наведения, вновь пошли накрытия, однако все больше снарядов ложилось перелетом.
— Увеличили ход и сокращают дистанцию. Кому-то там очень не терпится нас добить.
— Садятся нам на голову, — сообразил начальник штаба.
