— С чего ты взял? Я хочу рассказать тебе, почему я здесь и почему пока не могу вернуться домой. Тетя настаивала, чтобы я держала это в секрете, но скоро это в любом случае станет невозможно.
Она расстегнула шерстяную кофту и пригладила рубашку на животе, так что ее округлые формы со всей очевидностью проступили под тканью.
Джеки сдвинул брови и смущенно заерзал на стуле.
— Так ты?..
— Да. Уже почти шесть месяцев. Сюда меня выслал отец — не мог пережить позора, что его дочь — потаскуха, — горько сказала она.
— Не говори так! — выпалил Джеки, опустившись рядом с ней на колени. — А что же отец ребенка?
Крисси вздохнула.
— Он… он был любовью всей моей жизни. Я очень сильно его любила, но когда он узнал о ребенке, то больше не захотел меня видеть.
Джеки сжал кулаки.
— Вот мерзавец!
— Тш-ш, он не виноват. Думаю, он просто испугался. Только что объявили войну, мы оба были очень молоды, к тому же мой отец ненавидел его, да и встречались мы совсем недолго, — она остановилась и вытерла скатившуюся слезу. — Я правда его любила и уверена, что он любил меня…
Она откашлялась и выпрямила спину.
— Ладно, что было, то было. Теперь это в прошлом. Он понятия не имеет, где я, да и я не знаю, что с ним стало с тех пор. Наверное, сражается где-то.
Джеки посмотрел в ее бледно-голубые глаза.
— Что ты будешь делать?
— Об этом я и хотела с тобой поговорить. Я хотела спросить, не против ли ты, чтобы я пока пожила здесь, по крайней мере, пока родится ребенок. Потом я вернусь в Манчестер, и отцу просто придется с этим смириться. Как только мама увидит своего внука, все наладится.
Джеки слабо улыбнулся.
— Мне нравится такой план. Кроме той части, где ты возвращаешься в Манчестер.
Он встал и нежно поцеловал ее в лоб.
— Я позабочусь о тебе и ребенке. Здесь твой дом, и ты можешь жить здесь сколько захочешь.
Крисси с облегчением вздохнула.
— Спасибо, Джеки. Даже не знаю, что бы я без тебя делала. И кстати, хватит уже спать в конюшне. Теперь это твой дом. Думаю, тебе стоит перебраться в спальню тети.
— Нет, я не могу. Это как-то неправильно.
— Тогда забирай хотя бы мою кровать в углу, а я пока перееду наверх.
Он поколебался секунду, но был вынужден признать, что предложение было весьма разумно.
— Ну, хорошо, если ты уверена.
Крисси улыбнулась и взяла в руки стакан с элем.
— За это и выпьем!
Второй глоток был не лучше первого, и Крисси вновь скривилась, стоило элю коснуться ее языка.
Жизнь на ферме шла своим чередом, и Крисси с Джеки благополучно пережили зимние месяцы, несмотря на ежедневную тяжелую борьбу против суровой непогоды. В начале марта Джеки с Декланом зарезали свинью в честь двадцатилетия самого Джеки и Крисси. Оказалось, что они родились с разницей в неделю. Гигантская туша висела в сарае, а Джеки подбрасывал торф в огонь под огромным котлом с закипающей водой.
Крисси зашла в сарай и встала за спиной у Джеки.
— Вижу, ты тут вкалываешь изо всех сил. Скоро будет готово?
От горячего пара его лицо раскраснелось, а волосы прилипли ко лбу. Он распрямился и вытер рукавом пот с лица.
— Боюсь, придется подождать.
Он обнял ее за плечи.
— Ты в порядке?
Крисси потерла ноющую поясницу.
— Просто хочется, чтобы ребенок уже поскорее родился.
— Осталось всего пару недель.
Он взял в руки четыре свиных копыта.
— Не хочешь к чаю?
Крисси с отвращением сморщила нос.
— Нет уж, спасибо. Я знаю, где ходила эта свинья!
Джеки рассмеялся, стараясь не думать о том, как сильно он будет по ней скучать, когда родится ребенок и она уедет в Манчестер.
Через пару недель со двора послышался незнакомый звук, и Джеки настороженно прислушался. Собаки зашлись неистовым лаем, а курицы разлетелись в разные стороны, поднимая в воздух облако пыли, спасаясь от въехавшей во двор ослиной повозки. С козел спустился отец Драммонд, привязал осла к столбу и поприветствовал Джеки.
— Отец Драммонд, какой приятный сюрприз. Не зайдете на чашку чая?
— Не откажусь, Джеки, спасибо.
Мужчины с усилием открыли тяжелую дверь дома и вошли внутрь. Крисси, вязавшая у камина, с удивлением подняла голову.
— Отец Драммонд! Рада вас видеть. Сейчас поставлю воду. Джеки, принеси, пожалуйста, наши праздничные чашки.
Не могла же она подать служителю церкви банку из-под варенья.
Когда все они устроились за чаем у огня, отец Драммонд откашлялся и заговорил:
— Понимаете, дело в том, что люди начинают поговаривать.
— О чем? — тут же ощетинилась Крисси.
Отец Драммонд замялся, он явно чувствовал себя неловко.
— Ваша тетя всегда добавляла в чай немного виски, — сказал он, протягивая чашку. — Не сделаете одолжение?
Джеки достал с верхней полки бутылку, сдул пыль и плеснул немного в чашку гостя. Священник отхлебнул глоток.
— Так-то гораздо лучше. Так на чем я остановился?
— Люди поговаривают… — напомнила Крисси, вызывающе скрестив руки на груди.
— Ах да. О вашем положении. Понимаете, вы живете как муж и жена, когда вы даже не женаты, и…
— Мы не живем как муж и жена, — перебила его Крисси. — Я сплю наверху в комнате тети, а Джеки спит здесь, — указала она на кушетку в углу.
— Ясно, но ребенок…
