Письмо Ангелу полностью

Искусствовед. Когда зайдя в парикмахерскую я встретил красивую женщину (я не часто стригусь) мне показалось, что это случайность, но представления о красоте я взращиваю в себе на протяжении жизни и они, в зависимости от круга общения, возраста, социального положения меняются, взрослеют и деградируют вместе со мной. Общество бесспорно повлияло на мои представления о красоте. Так же как оно повлияло на представления о красоте женщины которую я встретил, она была закономерной материализацией навязанных мне желаний и может быть я её увидел только для того, чтобы это понять.

Третья муха рассказала такую историю:

Желания покинули меня, хочется хотеть хотя бы проснуться. Писатель ночью выходит за сигаретами. Застывшая картина:

Писатель. Я переходил улицу которую переходил не однократно в одно и то же время на протяжении многих лет и увидел выезжающего из-за маршрутного такси Мотоциклиста. Если бы я сделал шаг вперёд, мы вместе разбились. Если бы стоял или бежал обратно меня сбило бы маршрутное такси, в эту минуту в моей голове было только одно:

На лестничной клетке стоят Девушка и Герой.

Герой. Я провёл эту неделю с другом. (Девушка разворачивается и уходит.) Хочешь убежать от ситуации, в коротой некрасиво выглядишь? (Перегнувшись через перила кричит Девушке) Ты выглядишь прекрасно.

На почте сортируя письма Служащая находит адресованное Ангелу письмо без обратного адреса. Читает:

«Я расскажу тебе самую добрую сказку. Где никогда не бывает никак. Где всегда есть куда пойти, с кем поговорить и о чём. Где все жили недолго и счастливо, а у меня была своя квартира. Нет дом, огромный дом, в нём все окна смотрели бы внутрь, во двор. Наши гости всегда приходили и уходили вовремя. А в городе, где мы жили надо мной никто не смеялся и никто меня не бил. Под стеклянной крышей росла бы конопля. Мы выносили стол, кресла, ели сладкое, слушали сербских цыган, было бы хорошо и плохо. Все себя реализовали. Никто не кололся бы. Чубик стал "панцер-фатером", Чекист ушёл в Норвегию, Ирина написала оперы, Никиш не умер и пел. Мы все вместе встречали бы Рождество в Каире, а у подножия Мачу Пикчу в октябре завтракали. У меня была бы большая коллекция насекомых, на несколько залов. Я садился в качалку и раскачиваясь между стендами высыпал коноплю. Ты нежнокрылая принесла бы горячий шоколад (не обижайся, мне очень хочется шоколад), снисходительно глянув на мою лысину, жуков,улыбнулась. Мы бы знали как нужно и никто в моей сказке никогда не бросался бы под машину, не тонул в ванной, не резал вены, не травился, не дошёл до безумия. Остановился, у пограничной полосы. Там ИХ мир. Мы ездили бы в бронированных автобусах в ИХ города, фотографировали и бросали карамельки человечьим детям. У НИХ свои радости. Дома я поставил бы пятидесятисантиметровую платиновую скульптуру пятимесячного зародыша, посадив на штырь таким образом, чтобы казалось будто зародыш висит в воздухе, а в саду золотую собаку роющуюся в золотом мусорном ведре в натуральную величину. Мы никогда бы не узнали что произошло на самом деле. Не перестали восхищаться книгами, выставками, концертами, фильмами, друзьями, поступками. Просыпались, и хотелось бы жить. Умерли быстро, безболезненно и вместе. Нас положили бы в лодочку, в платьях из перьев, я взял с собой ненаписанную книгу писателя, четвертушку конопли и термос с компотом из вишен. Все танцевали бы, веселились, а мы улетели на планету «Идиотов» Это далеко».

По радио звучит голос Ведущего: «Люди не будьте терпимы к нечеловеческой гадине не хотящей платить за переход с одного места на другое, делайте её жизнь невыносимой, помните чем больше нечеловеков вы подтолкнули к суициду, тем человечнее стало общество».

Служащая Почты делает тише радио. Читает дальше:

Все танцевали бы, веселились, а мы улетели на планету «Идиотов». Это далеко. Чтобы не скучать в дороге смотрели бы в головах любимые мультики:

– Так «Музыкальная шкатулка»

–..................................................

– Хорошо, это в левом полушарии ближе к затылку,нашла?

–..................................................

– Нет, на эстонском языке двумя извилинами выше.

–..................................................

– В пяти измерениях конечно, присутствие, возьми себеМальчика, я возьму, возьму, тоже буду Мальчиком.

–..................................................

– Фигушки, Папа появляется только в начале и в конце.

–..................................................

– Хорошо буду Пружиной.