– Но я все еще люблю тебя, – он поднял взгляд на меня. – Не знаю, изменится ли это когда-нибудь.
Мне не нужно было спрашивать, что он имел в виду, потому что я знала. Я чувствовала это всем своим естеством. Джейми Шоу был частью меня, и так будет всегда.
– Я надеюсь, что это не так.
Он улыбнулся и неуверенно протянул руку, чтобы коснуться моей щеки. Я прильнула к его ладони, и мы оба выдохнули вместе, тихонько смеясь.
– Фух, – произнес Джейми, погладив меня по щеке, после чего опустил руку и пожал плечами. – Ладно, хватит о тяжелом. Расскажи мне обо всем. Как работа? Все еще надираешь всем задницы? Рэндалл планирует дать тебе следующее повышение?
Дальше разговор пошел легко. Я рассказывала ему о своей жизни, а он – о своей. Я не была шокирована, услышав, что его отец уже говорил о том, что Джейми собирается стать партнером в фирме, и мое сердце заколотилось от гордости, а затем сильно сжалось при мысли о том, что Джейми находится именно там, где всегда хотел быть. Работал в фирме, женится, готов завести детей. Все это происходило. Я не принимала в этом участия и все же каким-то образом участвовала. Мы всегда существовали где-то между, и я полагала, что так будет всегда.
В тот вечер мы много смеялись, шутили и вспоминали прошлые времена. Он спрашивал, есть ли у меня парень, причем разными способами, и я каждый раз уклонялась от ответа, оставляя в стороне все, что происходило между мной и Ривером. Мы брали друг от друга то, что нам было нужно. Правда заключалась в том, что у меня не было времени на парня. Я была не против какое-то время побыть в одиночестве.
– Наверное, мне следует дать тебе поспать, – сказал Джейми, когда я зевнула, а мой третий стакан виски уже опустел. Он посмотрел на часы, затем снова внимательно посмотрел на меня, прикусив нижнюю губу. – Знаешь, нам стоит завтра заняться серфингом.
– Что?
Он кивнул.
– Почему бы и нет? У нас нет никаких планов до завтрашнего мальчишника. Парням нужно забрать смокинги после работы, а мне будет скучно до безумия, и я, наверное, заработаю себе нервное расстройство, если останусь один на весь день.
– Мне кажется, ты забыл об одном важном моменте, – сказала я, сделав паузу, чтобы убедиться, что он сам все поймет. Когда он этого не сделал, я вздохнула. – У меня больше нет доски, помнишь? – Засунув руки под бедра на кожаном барном стуле, я пожала плечами. – Мама продала все, когда они с Уэйном купили эту лодку, включая мою старую лаймовую доску.
– Знаю.
Джейми просто смотрел на меня блестящими глазами цвета виски и с глупой улыбкой. Я вскинула бровь.
– Ладно… Тогда ты знаешь, что у меня нет доски, чтобы мы могли завтра заняться серфингом. Если только я не возьму ее напрокат. Звучит ужасно.
– Ничего тебе брать не нужно. У тебя есть доска.
Он встал, достав из кармана деньги, чтобы оплатить счет. Я хотела остановить его, но мой разум был слишком занят попытками понять, что он говорит.
– Я не понимаю.
Джейми схватил меня за запястья, потянул с барной стойки и заключил в объятия. На секунду он уперся подбородком в мою голову, а затем отстранился, не отпуская моих рук.
– Ты же не думала, что я позволю твоей маме продать твою доску какому-то случайному человеку?
У меня открылся рот, но Джейми, казалось, ничуть не удивился, а просто с легкой улыбкой положил бумажник обратно в карман.
– Ты купил мою доску?
– Конечно, да, – он подмигнул, и мне потребовался весь самоконтроль, чтобы не рвануть вперед. Я хотела поцеловать его. Очень сильно. Я хотела, чтобы он лежал в моей постели, чтобы его руки были на мне, а мои губы – на его. Никто не любил меня так, как Джейми, и до этого момента я не мечтала о последней ночи с ним.
Но он отступил, стоя лицом ко мне, с наглой ухмылкой сделал три длинных шага, а потом повернулся и окликнул через плечо:
– Заберу тебя в семь.
Наконец-то я была дома.
Джейми сидел на доске рядом со мной, мы оба вытянулись и ждали следующей волны. Утро было ранним, солнце с трудом вставало. Вода была еще прохладной с зимы, но я все равно чувствовала себя как дома. Я водила пальцем по черным узорам на доске, и в животе у меня теплело от мысли, что Джейми купил ее у моей мамы. Он хранил ее, держал на случай, если я вернусь домой. Вроде такой маленький поступок, но говорил о многом.
– Ничто не может сравниться с этим, – прошептала я, когда под нами прокатилась укрощенная волна. Джейми повернулся ко мне лицом, но я продолжала смотреть на горизонт. – Столько всего удивительного можно увидеть. Столько разных городов и мест, но ничто не сравнится с тем, что ты чувствуешь, сидя на доске и ожидая волны.
Джейми проследил за моим взглядом.
– Знаю. Волны учат терпению. Напоминают, насколько ты ничтожен, и в то же время заставляют чувствовать себя непобедимым.
– Как очищение души или что-то в этом роде.
Он кивнул.
