Так, в воду нельзя лезть категорически. Это ежу понятно. Почему понятно, Иван даже не задумался. Чутье говорит – нельзя, значит, нельзя.
Вспомнилась та тварь на «Приморской». Вот уж с кем встретиться не хотелось бы. Тоже в воде сидела, кстати.
Но и ждать смысла нет. Верно?
Добраться бы сейчас до какой-нибудь ВШ, выйти наверх и пешком через мертвый город. Угу. Одному. Практически безоружному… без защитного костюма и дозиметра. Неплохой способ самоубийства, Иван. Так держать, и все у тебя получится.
Но ведь зачем-то же здесь есть проход к воде? Значит, не все так просто. Ладно. Может, покричать?
Иван начал искать. И вскорости нашел.
Ржавая скоба вбита в стену туннеля, к ней привязана веревка. Другой конец уходит в темноту. Иван потянул за нее, где-то вдалеке звякнуло. Хмм. Иван потряс веревку как следует. Звон стал решительнее и громче.
Понятно, система вызова. Интересно, кого же мы вызвали?
Иван еще раз подергал веревку – чтобы уже наверняка. Уселся на камень и приготовился ждать.
Через некоторое время вдалеке зажегся огонь, помахали фонариком. Иван поднял свой фонарь и помахал в ответ.
Принято.
Прошло еще несколько минут. Наконец вдалеке раздался странный звук – плеск, плеск. Иван ждал. Звук приближался.
Из темноты бесшумно выплывала лодка. Звук, который Иван слышал, – легкий плеск – оказался звуком, с которым весло опускалось в воду.
В лодке стоял мужик лет сорока с грязной повязкой на лбу и смотрел на Ивана.
– Тебе, что ли, ехать? – спросил он угрюмо.
– Ага, – сказал Иван.
– Десятка.
– А что так много-то?
Мужик озадаченно огляделся.
– Ну… хочешь со скидкой? Один патрон и плыви за лодкой.
– Нет уж, – сказал Иван. – Лучше в лодке.
Виолатор правильно описал Венецию – город на столбах. Вдоль туннеля, на черной воде, разместился целый жилой квартал. Настилы из досок образовывали островки, рядом плыли лодки и все, что могло держаться на воде.
Мимо проплывала консервная банка.
Иван сунулся было поднять, но лодочник помотал головой. Не надо.
– Почему не надо? – спросил Иван. Лодочник пожал плечами.
– Там кто-то есть?
Но лодочник не ответил. Вместо этого он двинул веслом, и лодка плавно проскользнула мимо очередной хижины. Иван заметил, что настил сделан не жестко, а словно лежит на воде. Столбы служили скорее для того, чтобы островок не уплыл. Белые и синие пластиковые бочонки, сотни пластиковых бутылок, коричневых и прозрачных, зеленоватых, разной формы и размера, держали домик на воде. Ивану, привыкшему к типовым палаткам на родной «Василеостровской» и к многоярусному общежитию на «Гостинке», это показалось забавным.
Из домика вышла женщина с подвязанным подолом и с косынкой на голове, выплеснула помои из таза – едва не попав в лодку. Иван отшатнулся. Женщина равнодушно посмотрела на него, вытерла лоб тыльной стороной ладони и ушла обратно в домик.
«Ну и порядочки тут».
На воде остались плавать остатки еды, обрывки бумаги и просто тряпки.
«Как они до сих пор в мусоре не утонули?» – удивился Иван. Белый комок бумаги плыл против движения лодки, словно подгоняемый ветром.
«Держись, друг», – мысленно подбодрил Иван. Белый комок продолжал скользить. Внезапно из воды высунулась черная тупая, похожая на змеиную, морда и заглотила его. Раз! И исчезла. Круги на воде. Бумаги больше не было.
Иван протер глаза.
Вот тебе и «утонут в мусоре». Иван убрал ладони с бортика лодки, положил на колени. Лучше уж так. Лодочник покосился и усмехнулся. Продолжил орудовать длинным веслом.
– Что это было? – Иван посмотрел на лодочника. Тот лицом изобразил нечто сложное, не поддающееся переводу. Иван вздохнул. Как с вами непросто…
Они проплывали мимо разных домов: маленьких и побольше, некоторые были длинные, в десять-пятнадцать метров – видимо, на несколько семей. Маленькие дети играли под присмотром старших, полуголый мальчишка лет четырех баловался, закидывая в воду удочку с привязанной на конце фитюлькой. Фитюлька касалась поверхности воды, пауза…
Каждый раз мальчишка успевал отдернуть удочку за долю секунды до того, как захлопнутся черные пасти. Мелкие острые зубы клацали в воздухе. Мальчишка бурно радовался и забрасывал удочку снова.
Хорошая реакция, оценил Иван.
Толщиной твари были как раз с руку мальчишки.
Лодка наконец доплыла до странного сооружения. Межтуннельная сбойка, понял Иван, приспособленная для общественных нужд. Это был самый большой искусственный остров из увиденных им сегодня. В центре возвышалась алюминиевая будка, от нее шла лестница на веревках – прямо к двери в стене туннеля. Надпись на двери «ДОЖ. Прием с 5 до 6». Главный по дождю, что ли? Откуда в метро дождь?
Дежурный по Обеспечению Жизнедеятельности?
Дураку Отыщем Жену?
Иван пожал плечами. У местных свои причуды.
На острове кипела жизнь. Лодки причаливали и отчаливали. Люди сновали туда и сюда, гул оглушал. Видимо, это был местный центр.
