– Тихо вы! – прикрикнул Комар громким шепотом. Он встал, настороженный и злой. – Не слышите, что ли?
Все переглянулись, замерли. Тишина. И тут… Герда покосилась на стакан с водой, стоящий на полу. Она только собиралась выпить свою порцию…
Вода в стакане дрогнула.
Опять толчок земли. И снова по поверхности воды побежали круги. Только уже сильнее.
– Сюда кто-то идет, – сказала Герда. – Кто-то очень большой.
На улице стемнело, но свет все равно резал глаза – когда двадцать лет привыкаешь к полумраку метро, даже далекий отсвет солнца кажется прожектором.
Огромная фигура помедлила, повернулась. Подняла длинную ногу – с некоторым даже изяществом – и с грохотом опустила на следующую машину.
Хлопок. Стекла вылетели, как от взрыва. Осколки рассыпались по мостовой, по ржавым машинам, отскакивали от стен домов.
Компания невольно пригнулась. Спрятались в здание обратно.
– Изысканный бродит жираф, – пробормотал скинхед. – Слушай, а что он делает?
Таджик пожал плечами. Снова раздался треск лопающихся стекол. Резкий, словно выстрел.
– Нет, не жираф. Это такой Бармалей, – сказал Убер. – Верно?
Таджик подумал и кивнул. Пожалуй.
– Что? – Герда пыталась понять, что сообразили эти двое. Вообще, они уже начали ее раздражать – с самого начала похода. Особенно Убер. Голубоглазый и бритый. – О чем вы вообще говорите?
– Вот эта длинноногая жирафа – вылитый Бармалей из книжки Чуковского. Он бегает по Африке и кушает детей. Гадкий нехороший жадный Бармалей. А Танечка и Ванечка… Кстати, почему он жадный? Не делится с другими, сам всех детей кушает?
– Убер!
– Чего сразу Убер?
– Не отвлекайся!
Убер почесал резиновый затылок.
– Проблема в том, что в книжке Бармалея одолели с помощью другого страшного монстра. Крокодила, которого привела горилла.
Герда остро пожалела, что при ней больше нет медицинской сумки с деревянным молотком для анестезии. Сейчас бы молоток ох как пригодился.
– Убер, извини за личный вопрос – ты сумасшедший?
– Ага, – сказал Убер, словно это само собой подразумевалось. – Только вот крокодила, который будет на нашей стороне, у нас нет. А без крокодила мы рискуем закончить жизнь в желудке у этого чудовища, – скинхед почесал затылок. – Хмм. Вот всегда так – когда крокодил нужен, его фиг достанешь. Закон Мерфи.
– Может, просто переждем? – Герда помедлила. – И он уйдет?
Компаньоны переглянулись.
– Хотелось бы верить, – сказал Комар. – Но…
Глухой удар прозвучал гораздо красноречивей любых ответов.
Он замолчал.
– Ой, не царское это дело – морды бить, – протянул Убер. Он, не отрываясь, смотрел на то, как Бармалей крушит машины. Бух, бум, бу-дых. – Красавчик просто. И самое смешное, он по ходу, идет именно за нами. Что будем делать?
Компаньоны притихли.
– Уведем его за собой, – сказал Комар.
– Дело говоришь, брат, – Убер оказался рядом, поднял автомат. – Только вот куда?
– В Исаакий.
– Широко мыслишь, – оценил Убер. – Стратег. Лбище. Мастодонт мысли! Наполеон извилин! Но для начала предлагаю все же осилить этот мост.
Мост Белинского. А за мостом справа – Большой цирк.
От кислорода даже подташнивает временами. Комар вгляделся. Огромное открытое пространство – весь путь от здания, через набережную, на мост, и дальше через площадь. Если кто-то их заметит, уйти будет трудно. Почти невозможно.
Слева за мостом – зеленое здание в пять этажей, надпись «Фреш». Как раз напротив цирка.
– Может, туда? – предложил Комар. Скинхед посмотрел, кивнул.
– Хорошая идея. Сейчас быстро переходим мост, и – бежим под козырек. И в парадную. Или через окно.
Комар почесал лоб. Потом все же спросил:
– А если Бармалей за нами погонится?
Убер пожал плечами.
– Тогда вам не повезло.
– Нам?! Ээ… а тебе?
– А я буду вас оплакивать. Представляешь, как это грустно?
До поры до времени все шло гладко. Компания перебиралась, прячась за ржавые машины и за углы зданий, пока вдалеке Бармалей задумчиво крошил «вольвы», «мазды», «лады» и прочие гордости довоенного автопрома. Делал он это бессистемно, угадать, какая машина будет следующей, было сложно.
Но в какой-то момент все изменилось.
Бармалей застыл. Потом двинулся по улице к компаньонам. Словно задался целью познакомиться поближе.
И вдруг ускорил чудовищные шаги. Теперь сомнений не осталось – Бармалей видел людей, считал их добычей. Черт.
– Кто сдохнет, того я лично найду и отпизжу, – пообещал Убер. – Имейте в виду. Вперед!
Они побежали.
Бег через мост. Тяжелое дыхание. Бармалей не отставал. От грохота его шагов сотрясалась земля, отпадали куски штукатурки, кирпичи, отваливались ржавые водосточные трубы. С грохотом лопнуло чудом до того уцелевшее окно.
Убер и компания бежали.
Перед мостом монстр замедлил шаг. Остановился…
Потом вдруг помчался, набирая скорость. Нет, река не стала ему помехой. Комар видел, как под тяжестью шагов Бармалея дрожал мост, обрушивались вниз камни. Грохот, всплески.
Компаньоны бежали со всех ног, но монстр их быстро настигал. Неумолимо, методично.
Вот он уже в нескольких метрах позади. Герда бежала, не помня себя. Боже, боже, боже. Если ты есть…
