Ему понадобился лишь щелчок пальцами, чтобы Медный отключился и безвольной тушкой вошёл в свободное падение. Падал уже из стратосферы. Сам я боялся за него браться так высоко. Дракон в неадеквате, не понимает, что вокруг творится, может произойти всё, что угодно. Поэтому демиург оказался очень кстати.
Мы словили падающего Медного и аккуратно опустили в воду, как в прошлый раз. Холодный уже приготовился снова морозить, но послышался ещё щелчок пальцев нашего невольного помощника – и дракон оказался снова закован в лёд, который за несколько секунд сомкнулся вокруг его тела.
– Спасибо, Вуртеариз, – от всей души выдохнул я.
– Смотри-ка, и имя ещё моё выучил! – хмыкнул тот.
– Я давно выучил, просто случая ждал похвастаться. Так почему ты всё таки согласился? Я ведь не смог бы покинуть этот мир, уж ты-то знаешь.
– А вот Лира могла бы сюда сорваться. Я кстати как раз к ней на встречу опаздываю. Могу уже уйти? – демиург недовольно приподнял брови и, не ожидая моего ответа, спиной нырнул в портал. Показушник.
Я опустился на айсберг, что образовался вокруг бессознательного Медного. Трое братьев примостились неподалёку. Большая льдина вышла, круче, чем у Холодного. Но и её Медный, если ему припрёт, сможет растопить. Как с прошлой и обошёлся. Даром, что слабоват огонь, а хватило. Оставили его на время одного, уже даже выплавили из льда немного, чтобы свободней себя ощущал. Но…
Очередная вспышка галлюцинаций, и вот Медный уже выгнул голову и растапливает лёд. Пока успели долететь – он справился с ним и выбрался. Последними осколками задние лапы поранил, но это ерунда вообще. Больше не дадим ему голову повернуть так, чтобы удалось повторить фокус.
– Плохо дело, – взгрустнул Изумрудный. – Ему становится лучше, но стоит один раз сорваться – все успехи на смарку. И срывы как будто жоще каждый раз.
– Его тянет куда-то… – добавил Морок.
– Известно куда – на родину, защищать свой мир, – решил я. – Уверен, Медный был хорошим… кем-то в прошлой жизни, – я не стал говорить о богах, это мои заморочки, как мы решили с Роркартом. – Кстати, Роркарт! Он путешествует много, быть может, есть способ помочь Медному… Я поговорю с ним.
– Хорошо, а мы проследим за Медным, – согласился Морок и остальные закивали.
Если бы драконы не отличались магической выносливостью по сравнению с остальными животными, мы бы уже выбились из сил. Медный много забирает энергии у нас. Часть нужна, чтобы контролировать его температуру, другая подпитывает, а ещё требуется перетягивать некоторые из его переживаний на себя, а это тратит психологические и моральные силы. Да, определённо надо что-то решать. Целых четверо драконов не могут помочь одному, хоть и такому большому – где это видано? Совсем кошмар.. Я потому не постеснялся так говорить с демиургом. Мне сейчас надо быть мысленно с Лирой, и он это знает. Но проблемы бросить и игнорировать я не могу.
Роркарт на некоторое время задержался дома. Даже навёл порядок кругом. Я приземлился на свеже раскинувшейся полянке неподалёку от озерца. На другой стороне поляны располагалось логово дракона. Пока Роркарт неторопливо добирался до меня оттуда, я улёгся на брюхо и расслабился, собираясь с мыслями.
По закрытым векам мелькнула тень.
– Я присоединюсь, не против? – спросил Морок. – Братья сказали, что втроём охранять Медного будет жирно.
– Вдвоём тоже, но первое время надо убедиться, что психоз ушёл, – ответил я.
– Рассказывайте, что приключилось, – затребовал Роркарт в свойственной ему манере невежливого интереса.
Я помолчал, размышляя о том, стоит ли прямо говорить при Мороке. Надо отметить, из троих братьев именно он лучше всего подходит для такого разговора. И скептичен, и открыт новому одновременно. Умный. Он разберётся, что ему нужно, а что не нужно понимать.
Усевшись поудобней, я рассказал Роркарту историю Медного с самого начала. Мне это тоже полезно было – для структуризации.
Припомнил, что в самом начале дракон показался очень способным и надёжным. Любопытный, но размно. И, что важно, подвержен влиянию авторитетов. Для молодого дракона это очень важно, чтобы не попасть в беду. Хорошо, что таким авторитетом стал я. Роркарт так сказал. Пожалуй, этот факт сыграл на руку, когда Медного впервые накрыло. Он ведь звал меня, именно меня.
Вспомнился случай с дельфинами. Да, Медный не догадался, что они близки к разумности, но интересно, почему нет? Какие у него критерии?. Хотя, до знакомства с Лирой я и людей-то не причислял к разумным существам. Да и после… В том плане, что поведение людей Холодного я назвал бы стадным, а не разумным. Только Лира и жители Кеацфина – другие.
– Когда у него впервые появились признаки пробелмы? – спросил Роркарт.
– Это из-за разрыва оболочки мира, – ответил я ему. – Дыра появилась ещё до его рождения, но он заметил её, когда я вернулся с Лирой обратно.
– Заметил-то раньше, – поправил меня Морок, – просто задумался потом. Помнишь, он же просил её заделать.
Я вздохнул:
– Его убили межмировые твари, когда он защищал свой мир.
