Демиург вежливо стряхнул мои руки со своей одежды и, оглянувшись, нашёл подходящее для беседы дерево. Он прошёл к нему и жестом предложил мне присесть. Ох уж эти люди! Не могут поговорить стоя? За Лирой такое тоже водится.
– Должен признаться, что я ожидал иного от богов, – мягко проговорил демиург. А я просто стиснул зубы. – Но её, похоже, сразу приняли… Вопросов не задают, под сомнение не ставят.
Так, он явно о Лире и новости неплохие. Хотя с другой стороны…
– Звучит подозрительно, – не выдержал я. – Словно они что-то замышляют.
– Не хмурься, Дэган. Твои эмоции слишком явно написаны на лице. Выглядит… странно. Учись контролировать мимику.
– Мимику? Это…
– Движение черт лица, выражающее реальное внутреннее состояние и эмоции человека. Улыбка, суженные глаза… – начал объяснять демиург, но я прервал его:
– Понял, спасибо. Учту. Так, что с Лирой? У неё правда всё хорошо?
– Да, на удивление, – кивнул собеседник. – Твой негативный настрой был и есть вполне оправдан на мой взгляд. После твоего ухода из Кеацфина, смерти, имею в виду, мир стал меняться. Не очень хорошо, но в целом достаточно естественно. В изменениях приняли участие даже старые духи природы. Потому мы не сразу заметили неладное.
– Ты про ту проблему, которую должна сейчас решать Лира? – я поднял на него тяжёлый взгляд.
– Именно смерти жён богов при рождении наследников стали причиной проблем. Всё закрутилось оттуда. Послушай, Дэган, твоё проклятие могло стать спасением, должно было, – демиург подался ко мне и по дружески положил ладонь на мою руку у локтя. – Ты не совершил ужаснейшую ошибку, когда сделал…
– Предположим, – оборвал я. Не готов сейчас обсуждать прошлое, когда настоящее горит. – Ближе к делу.
Демиург вздохнул, но, судя по всему, мотивы мои понял. Как странно всё-таки смотреть в бездонные чёрные глаза и ощущать направление взгляда. Я так и не понял, по какому признаку я это определяю, но то, что умею – факт. Совершенно точно осознаю, куда смотрит демиург при разговоре.
– Не будь последствий у родов, всё стало бы другим. Не было бы столько лицемерия в том мире, не было бы такой лжи, – с чувством выдал собеседник. А он явно радует на Кеацфин, приятно удивил. – Мы ждали позитивных изменений, ждали, что новое поколение богов станет более трепетно относиться к человеческим жизням, через создание пар с женщинами. Людям итак тяжело пришлось. В Кеацфине они оказались после катастрофы в родном мире. Мы вынуждены были эвакуировать целый континент, потому как на него падал спутник планеты.
– Так это система закинула людей в Кеацфин?.. – охнул я.
– Да, сама спираль миров открыла проход. Мы, работники системы, лишь помогали сбежать большему числу народу. Люди поначалу испугались портала, что вполне обосновано. Потому нам пришлось вмешаться. Чтобы присматривать за толпой иномирцев, в Кеацфин отправили две пары уравновешенных богов.
– Двое тёмных и двое светлых, понятно…
– Отнюдь, – неожиданно не согласился демиург, – трое тёмных и лишь один светлый. Ты всех остальных в одиночку перевешивал.
Я не знал, что был одним светлым в этом квартете. Лира, кажется, тоже. С другой стороны, кто мешал победителям переписать историю так, как им того хочется? Значит, меня первоначально окружали одни тёмные, н-да… И выходит, я был очень силён. Но всё равно не спас Мириэлис… Если бы не это, проблема бы не появилась. Если бы я только смог…
Хотя, кого я обманываю? Цепляться за один единственный момент, надеясь, что именно он обернёт прошлое в лучшую сторону – глупо. Его не изменить. К тому же, учитывая все обстоятельства, не тот случай, так другой всё перевернул бы. Но.. может, тогда Мириэлис осталась бы жива?.. Надежда… Такая одновременно очень хрупкая и невероятно прочная вещь.
– Она справится? – спросил я, глядя демиургу в глаза. Он понял, что речь о Лире и улыбнулся.
– Уверен. Ей просто надо раскачаться, понять, что к чему, какие законы построили боги в Кеацфине. И я не во всём могу помочь, потому что я сам – лишь сторонний наблюдатель.
– И источник информации, – напомнил ему, приподняв бровь.
– Не переоценивай меня, Дэган. Я и сказать-то не всё могу, что знаю.
– Но почему? Я ещё могу понять, чем твои действия внутри мира могут что-то в худшую сторону изменить, но слова?
– Не стоит так распаляться, – он снова приблизился и положил на меня руку, на плечо, на сей раз. – Это тонкие материи. Никто из нас, даже Верховная, до конца не знает, как наши действия отражаются внутри миров, но то, что вредят – это точно. Вотчина системных существ – межмирье, внешние оболочки и сама спираль, но не конкретные миры, не их внутренность и законы. Нас оттуда, как ты понимаешь, не просто так забирают наружу. А потом практически не пускают внутрь. Для этого есть специально обученные и подготовленные маги, такие дела…
Я вздохнул:
– Забываешь, что памяти у меня об этом нет.
