– Знаешь, я подумал… если тебе не нравится твоя работа, не ходи на неё! – на радостях предложил депутат.
– Как же не ходить? А что тогда делать? Где деньги зарабатывать? – продолжая улыбаться, вопрошала Вика.
– Насчёт денег не переживай, это моя забота, и это не обсуждается! – грозно сказал мужчина, давая понять, что с ним в этом вопросе не стоит спорить. – А ты чем бы сама хотела заняться?
– Мне кажется, я могла бы рисовать!
Она никогда в жизни не пробовала это делать, однако у неё в голове часто рождались картины, которые она бы, может, и хотела воплотить в жизнь, но у неё не было приспособлений. Она так не привыкла баловать себя, что не решалась купить холст и кисти с красками, думая, что ничего не получится и она потратит кучу денег в никуда. Сейчас же в ней словно проснулось вдохновение, решимость, что она сможет это сделать и явить миру свои творения. Депутат немного удивился, однако не стал противиться и поддержал девушку в необычном начинании.
Они развлекались до вечера. На предложение зайти домой на кружечку чая мужчина отказался. Он знал себя и предполагал, что будет приставать, а она не откажет. Но он хотел чего-то другого, чего-то более высокого, и зная, что животная страсть может этому воспрепятствовать, решил не проверять себя, а отрубить сегодняшнюю возможность на корню. Тем более это могло выглядеть странно, как будто девушка вознаграждает своего спонсора. Иннокентий Семёнович отгонял такие мысли. Хоть с виду это выглядело так, что у него содержанка. Любовница, которая живёт за деньги депутата и готова удовлетворить его в любое время. Он видел эту картину по-другому. В этой женщине он видел перспективу отношений. По его мнению, она именно та, что подошла бы на роль его жены и матери его детей, с которыми он явно затянул. Поэтому они просто попрощались, обняв друг друга, и разошлись по своим обителям.
***
– Я тебя не узнаю! Иннокентий Семёнович, ты приболел чем? Или возраст уже тянет к скучным вечерам перед камином? – возмущённо вопрошал своего друга Станислав Петрович на очередном собрании.
Иннокентий Семёнович ждал этого вопроса, он прям желал выговориться близкому человеку.
– Да я как-то потерял ко всему этому интерес! – ответил он и посмотрел на соседа.
– Да это я понял! Знаешь почему? Да потому что ты уже месяца два меня динамишь! Я уже и стал забывать, что такое гольф! Девушки, наверное, там изголодали, основной источник дохода, видите ли, потерял интерес! Мы, как депутаты, должны поддерживать наш электорат и давать сосать лапу в голодные времена! – гордо проговорил Станислав Петрович, воображая, словно он известный деятель страны. Он и был таковым, только славился отнюдь не помощью народу.
– Ага! Знаю, что ты можешь предложить им в голодные времена вместо лапы! – пошутил Иннокентий Семёнович.
– Ну это как пойдёт! Так что там у тебя за проблемы? – настроился слушать сосед по кафедре.
– Да что тут говорить, ситуация стандартная. Помнишь, я тебе рассказывал, как пьяный ехал и девушку подцепил, которая в старом белье была. Я-то её под покровительство взял! Нет, не то, что ты подумал. Так, помогаю с квартирой, работу нашёл, ну и так сказать, к жизни вернул. Периодически к ней заезжаю, интересуюсь, как она, если что надо, помогаю. Общаюсь с ней, и она мне всё больше и больше нравится. Нет в ней вот этой гнили, не знаю, как объяснить, но она реально сокровище, которое чахнет без окантовки. Вчера вот целый день с ней провёл, в торговом центре развлекались. Скажу даже больше – я не пил, и не потому, чтобы показаться каким-то хорошим, а потому что не хотел. Были, конечно, местами позывы, но это скорее от привычки, чем от потребности. И вот я хожу, думаю о ней и никак не найду решение… – выговорился Иннокентий Семёнович, заставив своего друга немного задуматься.
Станислав Петрович ненадолго сделал серьёзное лицо, однако быстро пришёл в обычное состояние.
– Ну ты даёшь! Думал, хоть ты не как все! Смотри, влюбишься, она тебе ребёнка заделает, а потом замучаешься с ней судиться за имущество! – отвечал Станислав Петрович, не понаслышке зная о таком феномене.
Сам обжигался несколько раз и знал примеры нескольких коллег по цеху с подобными проблемами.
– Не думаю, что она такая! Она скорее отдаст всё, что у неё есть, чем будет спорить за клочок земли! – описал возлюбленную герой, свято веря в её честность.
– Так, значит, на гольфе в ближайшее время тебя не ждать? – протянул сосед по кафедре, таким образом подведя итог, что начинает терять друга по тусовкам.
– Да, возможно, мы сменим с тобой эту деятельность на скромные домашние чаепития! – изобразив пальцами кавычки, Иннокентий Семёнович намекнул, что последующие их встречи, скорее всего, будут проходить без огромного количества женщин.
– Придётся теперь Фетисова настоящей рыбалке учить! – вздохнул Станислав Петрович, намекая, что продолжит свой образ жизни, только портить он будет не старого друга, а относительно нового.
***
