Вино оказалось очень крепким. От него и от стоящего гула у меня слегка закружилась голова. Я увидел сэра Уильяма Пэджета в его обычной темной робе — он расхаживал с какой-то женщиной, которая, несмотря на свой пышный наряд, сохраняла приятный скромный вид. Когда она что-то сказала, он обернулся к ней, и его жесткое лицо неожиданно смягчилось.
Я вспомнил, как лодочник плюнул в реку. Вся эта пышность была устроена ради д’Аннебо, французского посла. Интересно, а где Бертано, посланник папы? Конечно, не здесь, ведь его миссия оставалась секретной. Возможно, он уже покинул Англию. Пока я медленно бродил, высматривая лорда Парра, золотая цепь на моей шее становилась все тяжелее, а солнце пекло все жарче, и я остановился в тени раскидистого дуба у внешней стены.
Почувствовав, как кто-то коснулся моего плеча, я обернулся и увидел сэра Томаса Сеймура в серебристом камзоле, с короткой желтой накидкой на плечах и такой же желтой, ей в тон, лихо надетой набекрень шапке.
— И снова мастер Шардлейк, — насмешливо проговорил он. — Вы здесь как член Научного совета королевы?
— Нет, сэр Томас. Как сержант Линкольнс-Инн. Я больше не служу королеве.
Сеймур приподнял брови:
— В самом деле? Но, я надеюсь, вы не вышли из милости Ее Величества?
— Нет, сэр Томас. Просто поставленная передо мной задача подошла к концу.
— А, тот пропавший драгоценный камень!.. Нехорошо, что какой-то слуга украл такой дорогой для королевы предмет и ему сошло это с рук. Его надо разыскать и казнить. — Мой собеседник сдвинул брови: — Это ведь был драгоценный камень, верно?
— Да, камень.
Сеймур медленно кивнул, теребя свою длинную, блестящую медно-рыжую бороду.
— Странно, странно… Ну, я должен разыскать моего брата. На пиру мы будем сидеть за королевским столом. — Он снова самодовольно улыбнулся.
Тщеславный тупица, подумал я. Неудивительно, что даже твой брат не хочет видеть тебя в Тайном совете.
Мои чувства, должно быть, отразились у меня на лице, потому что Томас нахмурился:
— Жаль, что вас не будет на обеде. За столом будут только высшие лица. Наверное, вам будет неловко стоять здесь. Вы и так уже переминаетесь с ноги на ногу.
Я знал, что этот человек никогда не уходит без оскорбления, и ничего ему не ответил. Он же наклонился ко мне:
— Держите ухо востро, мастер Шардлейк. Все меняется, меняется…
Затем сэр Томас кивнул и с ехидной улыбкой удалился.
Я посмотрел ему в спину, на его смешную накидку, гадая, что он имел в виду, и тут чуть поодаль заметил Мэри Оделл в темно-синем платье, со значком королевы на головном уборе — она разговаривала с молодым человеком в оранжевом камзоле и, похоже, скучала. Я подошел к ней, снял шапку и поклонился. Золотая цепь на мне зазвенела.
— Мастер Шардлейк, — сказала фрейлина с облегчением в голосе.
Молодой человек, красивый, но с жестким расчетливым взглядом, как будто немного обиделся и покрутил ножку своего серебряного кубка.
— Простите меня, сэр, но я должен поговорить с миссис Оделл об одном деле, — сказал я ему.
Он сухо поклонился и отошел.
— Спасибо вам, мастер Шардлейк, — поблагодарила меня Мэри с тем милым налетом юмора, который я хорошо помнил. — Этот молодой человек — еще один проситель места при дворе, ему очень хочется поговорить с кем-нибудь приближенным к королеве. — Она состроила гримасу.
— Рад служить, — с улыбкой ответил я и более деловым тоном продолжил: — Мне нужно срочно поговорить с лордом Парром. Я надеялся увидеться с ним здесь.
Оделл оглянулась на Большие ворота.
— Он в Дворцовом дворе с королевой и ее фрейлинами, дожидается, когда выйдет король с адмиралом.
— Вы бы не могли его привести? Простите, что прошу об этом, но это очень срочно. Он предполагает поговорить со мной сегодня.
Лицо придворной дамы стало серьезным.
— Я знаю, что вы бы не стали просить по пустякам. Подождите, я попытаюсь его разыскать.
Она ушла, шурша подолом по камням, и стража пропустила ее в Большие ворота. Я выпил еще вина и взял у лакея засахаренную сливу. Оглядывая толпу, я заметил сержанта Блоуэра с парой олдерменов: они от души хохотали над какой-то шуткой. Мимо прошел Уильям Сесил с привлекательной молодой женщиной — должно быть, со своей женой. Он кивнул мне, но не подошел. А потом я увидел, что Ризли невдалеке разговаривает с сэром Ричардом Ричем — они сдвинули головы, чтобы никто их не слышал. Я снова взглянул на ворота. Перья на стальных шлемах стражи колыхались на свежем ветерке с реки. Солнце уже опускалось на небосклоне.
В Больших воротах появился лорд Парр. Он оглядел толпу, вытянув шею и пытаясь высмотреть меня. У него был усталый вид. Я сам подошел к нему.
— Мастер Шардлейк, — раздраженно сказал старый лорд, — мне нужно быть внутри. Король с королевой и посол выйдут через десять минут.
— Простите, милорд, — быстро заговорил я. — Я не стал бы вас беспокоить, но мы должны захватить Стайса сегодня же вечером. Он будет в доме у больницы Святого Варфоломея в девять. Вы слышали что-нибудь еще? Был кто-нибудь в том доме?
Старик неловко переступил с ноги на ногу:
— Мой человек сказал, что вчера Стайс заходил ненадолго, но вскоре опять ушел.
— Один?
— Да.
