Много лет детская психологическая травма не дает покоя. Кажется, что прошло столько и лет и все должно утихнуть, но нет. Наташа становится свидетельницей автомобильной аварии, и воспоминания с новой силой начинают преследование. Девушка хочет выяснить причину странных видений и начинается самое интересное...
Я медленно иду по длинной прямой дороге, которая скрывается в бескрайних полях на уровне горизонта. Кажется, что, пройдя пару километров, упрусь в желтое предзакатное небо. Осталось совсем немного и окажусь дома. Там, где давно не была. Последние лучи солнца скользят по асфальту. Мелкие песчинки играют на разгоряченной поверхности, создавая иллюзию капель. Дорога плачет. Смотрю на уходящую извилистую ленту. Она как будто прощается. Слезы расставания всегда трогают за живое.
Смотрю на часы – скоро восемь. До темноты не успею добраться домой. Вздыхаю и быстро кидаю взгляд на длинные ряды тополей, что растут вдоль дороги. За ними расположились огромные перепаханные поля.
Думала ли я раньше над своей судьбой? Наверное, нет. Я вспомнила причину отъезда и снова вздохнула. Предполагала ли я, что ее смерть неслучайна? Нет. Верила ли я в призраков? Нет.
– Мама…
На секунду закрываю глаза, хочу представить ее лицо, но не могу. Я не помню его. Перед глазами возникает лишь картина. Странное полотно с мутным изображением, что знакомо до боли.
Поднимаю веки и останавливаюсь. Все хорошо, надеюсь, все кончено, и она больше не побеспокоит меня.
Все было так непонятно и мутно, что не представлялось возможным из воспоминаний сложить полную картинку произошедшего. Но сейчас... мурашки пробежали по коже. Вспоминая прошлое, я не могу успокоиться. Эти дни давно прошли, и изменить ничего нельзя. Но я снова и снова возвращаюсь к воспоминаниям детства, пытаюсь разобраться. Почему так получилось?
Сначала мне казалось, что причиной была поспешность, невнимательность, но… причин можно было найти предостаточно. Теперь же я уверена, что виной всему оказалась сама. Зачем полезла в прошлое? Что мне дала правда?
Боль плавно окутывает тело.
– Я больше так не могу, – шепчу и поворачиваюсь, закрыв ладонями лицо.
В воспоминаниях возникает детская комната. Она аккуратно обставлена. Розовая кровать с балдахином расположена посередине, рядом письменный стол и шкаф. А в углу сидит большой плюшевый медведь...
Утром меня, как обычно, разбудила мама. Поцеловала в щеку и погладила по взъерошенным волосам. Я потянулась и лениво приоткрыла глаза, созерцая комнату.
– Вставай, соня. Сегодня понедельник, пора в школу, – протянула она нежным голосом и поцеловала еще раз.
Улыбнулась и провела маму взглядом до двери. Когда мама скрылась, села на кровать и посмотрела в окно. Желтые осенние листья еще висели на ветках, норовя в любую секунду покинуть излюбленное место.
Вздохнув, скривилась, представляя скучные уроки. Я не любила школу. Каждый день одно и то же, никакого разнообразия. В первый класс я шла полностью подготовленная, год занятий с преподавателем дал о себе знать. Все, что мы проходили оказывалось не новым, а повторением пройденного. Мне было неинтересно, и я стала читать дальше. И получилось так, что теперь не могу остановиться. Учась в третьем классе, я полностью знаю весь материал этого года.
– Скукотище, – медленно прошла до ванной. Умылась и стала чистить зубы.
– Доброе утро, отличница, – поприветствовал меня папа, заглядывая в полуоткрытую дверь.
Кивнула в ответ. Да, я учусь хорошо. Все хвалят и восхищаются мной. А я не могу понять, что сложного в правильном написании слова или математической задаче.
– Медалистка растет, – говорит моя классная – Мария Петровна. Осталось всего два года, и она станет школьным прошлым, которое не хочу вспоминать. Начнется другая жизнь, как говорит мама: «Средняя школа – это серьезно».
Закончив свой туалет, я медленно побрела на кухню, где заботливая мама приготовила завтрак. Отец уже за столом. Как обычно с телефоном, решает какие-то важные вопросы.
– Милый, давай ты позавтракаешь, а потом будешь болтать, – возмутилась мама и положила возле моей тарелки ложку. Отец отложил телефон и принялся за завтрак.
– Как скажешь, Галчонок, – кивнул родитель.
Когда я вырасту, не хочу быть похожей на мать. Она чересчур придирчива. Акцентируется на деталях и не видит общей картинки. Как фотоаппарат, что захватывает объективом лишь прямоугольный снимок прошлого.
Я скривилась. Опять манная каша. Терпеть ее не могу. Но мама регулярно, раз в неделю, обычно в понедельник или среду, готовит кашу. Придирчиво поковыряла ложкой в жидкой еде, как будто пыталась найти что-то интересное в маленьких белых комочках.
– Кушай, милая. Она очень полезна, – проговорила мама и, поцеловав в лоб, вышла из кухни. Я провела ее взглядом. С тоской помешивая кашу, перевела взгляд на отца. Он, как только вышла мама, взял снова телефон в руку. Иногда мне кажется, что он не замечает меня. Все его внимание сводится к приветствию и банальному интересу: «Как дела в школе?». Он занятой человек и часто не ночует дома, отчего мама приходит в бешенство и начинает названивать всем его знакомым и коллегам.
Интересно, родители любят друг друга?
