— И это говоришь мне ты⁈ Жалкая пустая оболочка, брызгающая слюной в бессильной злобе? Да ты куда больше меня боишься того, что однажды твои хозяева снизойдут до своего слуги, и тогда их сила наполнит тебя до самых краёв. Выжжет дотла изнутри и снаружи, а затем превратит в никому ненужный кусок мяса.
— Откуда ты… Полема, она была здесь⁈ Где она сейчас⁈
Император вместо ответа покачал головой.
— Кажется, ты не понял мой посыл. Что ж, попробую объяснить доходчивее.
Уплотнившийся до состояния твёрдой материи воздух вдруг начал сдавливать слугу Троих со всех сторон. Ловушка захлопнулась так быстро, что не оставила человеку ни единого шанса из неё вырваться. Император с ухмылкой следил за тем, как тот сначала пытался обойтись своими собственными силами. Но быстро осознав всю тщетность такого рода усилий, активировал печать своего покровителя. Заёмная сила подкинула одарённого на одну ступень выше ему отмеренного, но и этого не хватило, чтобы выбраться из сжимающих его тисков. С каждым ударом сердца многослойная защита мага всё сильнее вминались внутрь, прогибаясь настолько, что уже практически касались человеческого тела. Через мгновение Император услышал первый хруст ломаемых костей, а затем хрип, с которым выходил воздух из сдавленной груди. Ещё немного, и защита лопнет окончательно, а вместе с ней лопнет и этот пустозвон. Если, конечно, не вмешается кто-то из Троих, даруя своему ярому, но глупому последователю право на короткое время стать их аватаром. Возможно, Император даже ждал этого. Ждал, но не верил.
Заклинание развеялось, а слуга Троих, стиснув зубы от переполнявшей его боли, обессиленно упал перед правителем на колени, схаркивая на пол кровавые слюни.
— Как видишь, Эшцех, им нет дела до тебя. Может быть, сегодня они даже подумали о том, что неплохо было бы заменить тебя кем-то посмышлёней. Убирайся из моего дворца, и пусть твои хозяева в следующий раз пришлют другую шавку. Такую, которая кроме пустого лая сможет давать дельные советы и помочь с нашей общей целью.
Слуга Троих с трудом смог подняться и злобно посмотрел на Императора. Собрав всю волю в кулак, он развернулся и направился к распахнувшейся перед ним двери. Его переломанное тело наверняка содрогалось от боли, но он старался идти ровно, сохраняя хотя бы остатки своего достоинства. «Может, не такой уж он и слабак», — подумал Император. Да только это ничего не меняет.
Информация, полученная от Блурвеля, действительно оказалась весьма интересной и полезной. А благодаря несдержанности его гостя, он смог подтвердить её правдивость. Не всю, но раз истиной оказалась часть, то Император был склонен верить и во всё остальное. Трое — не единственные высшие сущности, имеющие свои интересы в этом мире. Есть и другие, готовые поспорить с ними по силе. Возможно, даже, что стоящий над ковеном Отрёкшийся — никто иной, как один из них. И хоть его инструменты и методы несколько отличались, всё же было и немало общего с тем, что сам Император знал о Троих. Например, о том, что никто из них не торопится лично посещать Павелен, предпочитая использовать в своих целях взращенных ими слуг.
Но помимо основных сил, которые действовали хоть и опосредованно, но всё-таки открыто, были и те, кто предпочитал оставаться в тени. Ко мнению мастера Блурвеля стоило как минимум прислушиваться. А он полагал, что Мазай может оказаться никем иным, как слугой одного из таких независимых игроков. Это многое бы объяснило в истории про странного наёмника, появившегося из ниоткуда и оказывающегося всюду, где происходят судьбоносные для континента события. И сейчас у Императора есть хорошая возможность проверить, так ли это на самом деле. А заодно столкнуть лбами наблюдателей, решивших, что они вправе вершить судьбу этого мира без оглядки на его обитателей.
В конце концов, когда богов становится слишком много, они перестают быть богами.
Ничего так не бодрит по утрам, как крик твоего товарища «Тревога!». И вот ты ещё вроде сонно потягивался и боролся с ленью, как вдруг уже подскакиваешь и хватаешься за оружие. Сердце колотится как сумасшедшее, разгоняя кровь по телу, а адреналин словно электрический разряд прогоняет всю сонливость напрочь.
Какая ещё нахрен тревога⁈ Мы же всего в дне пути от Вьеры!
Я выскочил из просторной палатки, которую в этот раз взял с собой для тренировок и медитаций. А не для того, о чём думали все остальные Зайцы, когда я уединялся в ней с Полемой. Погода стояла хорошая, и лагерь мы разбили прямо в поле, между имперским трактом и небольшим оврагом, по дну которого бежал ручеёк. Спокойное место, регулярно патрулируемое легионерами и стражниками из столицы западной провинции. Многие купцы, дабы сэкономить, даже не брали с собой охрану, когда двигались по этой дороге. Так что, чёрт возьми, могло произойти в столь спокойном месте⁈
Хорки, заметив появившегося меня, ткнул пальцем в сторону встающего солнца. К нам двигались всадники, и они очень торопились.
— Буди всех, — приказал я. — Готовьтесь к битве.
