– Я желаю, чтобы Вы расторгли свою помолвку с Катериной, - перешел к цели своего приглашения старый князь. Дмитрий подумал было, что ослышался: он, конечно, не имел столь же добрых отношений с ним, как с покойным Алексеем Михайловичем, однако не предполагал, что тот настолько сильно к нему не расположен.
– Могу я полюбопытствовать о причинах, побудивших Вас к этой просьбе, Борис Петрович? – не выдать голосом своих истинных чувств и мыслей было крайне сложно, но идти на конфликт не следовало даже в такой ситуации. Вполне возможно, что имело место быть l’incompréhension. Впрочем, судя по расслабленному лицу хозяина дома, после этой беседы ему явно не список гостей составлять.
– Видите ли, граф, как опекун своей племянницы, я вынужден заботиться о ее будущем, а это непросто, знаете ли. Ваша помолвка заключалась еще при жизни ее батюшки – упокой Господь его душу, – слишком мелко и быстро перекрестившись для того, чтобы это было искренним жестом, Остроженский тут же промокнул лоб зажатым в руках платочком, всячески демонстрируя, как тяжела его судьба, – и на тот момент Вы составляли для нее лучшую партию.
Тихо скрипнув зубами, Дмитрий уговаривал себя сохранять спокойствие – кажется, он догадывался, к чем вел старый князь.
– Позволю себе заметить, что решение о нашем браке принималось не из соображений выгоды.
– Сколь наивна юность, – посмеиваясь, хмыкнул Борис Петрович, – но и без того не обошлось. Будут у Вас дети – Вы поймете меня, Дмитрий Константинович. Впрочем, не о том сейчас. Катерина удостоилась настойчивых ухаживаний со стороны Наследника Престола, – здесь, конечно, Остроженский приукрасил действительность, но стоило сразу представить все так, словно бы этот союз – дело решенное. – Его Высочество имеет серьезные виды на нее, и мне бы не хотелось, чтобы ваша помолвка стала тому препятствием. Ведь вы еще не успели получить согласие на брак от государя, не так ли?
– Полагаете, получить роль императорской фаворитки – лучше, чем стать законной женой, пусть и без короны на голове? Имя моей невесты будут трепать во всех салонах и кулуарах. Вы этого желаете для своей племянницы?
– О, Вы, должно быть, не поняли, граф? Катерина не будет фавориткой Его Высочества - она станет его невестой и законной супругой.
Смелости мечтаний старого князя Дмитрий не мог не поразиться - тот с невероятной легкостью говорил об увлечении Николая, словно бы уже завтра на всю Империю Кати должны были объявить царской невестой. Неужто он и впрямь верил в то, что цесаревич решит пойти против устоявшихся традиций и правил? И это даже если забыть о том, что сама Кати не даст на то согласия – в ее чувствах молодой граф сомнений не имел.
– Неужели российские монархи вернули церемонию смотрин в народе? Помнится, даже брак Великого князя Константина Павловича с полячкой был лишь морганатическим, а она была графиней, и от него ждали вступления на престол лишь после его брата.
– Николаю суждено стать великим правителем – Россия при нем сделает еще немало шагов на пути к прогрессу, что был намечен его отцом. И брак не с иностранной принцессой также станет доказательством его близости к народу.
Возможно, с этим бы Дмитрий даже согласился – цесаревич уже сейчас подавал большие надежды, и народ порой даже с излишним восхищением ожидал момента его коронации. В силу приближенности ко Двору, молодому графу нередко приходилось беседовать с Его Высочеством, хоть и в приятельских отношениях они не состояли, и он не мог не засвидетельствовать того, сколь образован и умен был Наследник Престола, какие свежие и порой безрассудные на первый взгляд предложения выдвигал, и сколь сильно даже в текущем статусе радел о процветании Империи. Бесспорно, от него можно было ожидать даже рискованного шага в виде брака с девицей не царской крови, однако это бы вызвало немалый резонанс не только в петербургском обществе, но и среди членов монаршей фамилии.
– Полагаю, сама Кати еще не знает о том, что Вы ей подготовили?
– Отчего же? Она также питает светлые чувства к Его Высочеству, однако ее тяготит обещание, данное Вам граф. Моя племянница воспитана по строгим правилам, и оттого сильно терзается выбором между сердцем и долгом.
Были ли эти слова правдой? Дмитрию казалось, что его невеста искренна в своих чувствах к нему и давала согласие отнюдь не по наставлению батюшки, однако и доля истины в утверждениях старого князя имелась – взгляды, что порой бросала Кати на Его Высочество, и впрямь были переполнены нежностью. И, будучи действительно человеком чести, она бы не смогла просто решиться даже на мысленную измену – непременно бы мучилась сомнениями. Но если спросить ее саму об этом, не полагаясь на слова ее дядюшки, дала бы она ему честный ответ?
Кажется, все эти раздумья четко проступили на лице молодого графа, поскольку Борис Петрович, внимательно следящий за ним, вдруг покачал головой:
