– Я все понимаю, но загораться по вашему желанию, я, к сожалению, не могу и наверно не стану, – это была откровенная ложь, она была уже готова практически ко всему, кровь бурлила в жилах, как вулкан.
Он подошел к ней, руки были в карманах. Посмотрел на нее.
– Если ты не можешь выполнить то, о чем я просил, тогда я вынужден не придерживаться того, что я озвучил , что для тебе весьма не желательно, ты даже не можешь представить, чего и как я хочу, – он смотрел на нее и раздумывал как ему поступить. – Возможно, иногда стоит загореться по моему желанию, чтобы не попасть под мои импульсы.
Он вытащил из карманов руки и развел их в стороны.
– Я не очень хочу видеть твои слезы, тем более сегодня, ведь все до этой минуты было очень и очень мирно. И я не видел особого протеста в твоем поведении, что изменилось? – отошел от нее и подошел к книжной полке, но ничего не взял.
Атмосфера вечера была разрушена безвозвратно. В воздухе летало раздражение.
– Теперь мы немного изменим правила, ты меня разочаровала, – он развернулся и сел в кресло, у мужчины был немного задумчивый и раздраженный взгляд. – Подойди ко мне.
Девушка не знала как поступить в данном случае, его тирада и те обстоятельства, при которых они познакомились, говорили о том, что не все просто в отношениях с этим человеком. Подошла к креслу и села напротив.
– Нет. Встань и подойди ко мне.
Сондрин почувствовала, что в горле пересохло , она начинала его побаиваться. В голове что-то зашумело от новых ощущений, она поймала себя на мысли, что эта совершенно новая игра на острие ножа придает особый вкус, пока он ей не нравился новизна . Девушка медленно поднялась и подошла к креслу, в котором сидел молодой человек, его взгляд, его жесты, выражение лица, все говорило о том, что он на пороге. На пороге того, чтобы покинуть комнату покоя и перейти в зал более жестких событий…
– Секс или поцелуи? Выбирай, – он поднял на нее глаза и пристально посмотрел.
Возможно, она и выбрала бы поцелуи, но… После того как он сказал что она его разочаровала, ей не хотелось продолжать.
– Я хочу уехать домой…
– Еще одна фраза и выбор сделаю я.
– Я…
– Тогда секс, – он хищно улыбнулся. – В данном случае, с удовольствием все поменяю.
Кристофер встал и начал расстегивать пуговицы на рукавах рубашки.
– Я предупреждал.
Улыбнулся и медленно расстегнул пуговицы на одном рукаве, затем на другом, потом вытащил рубашку из брюк и начал расстегивать ее, не отводя взгляд от лица девушки. Она смотрела на все это и поняла, сейчас может произойти то, чего она совсем не хотела в таком настроении.
– Что вы делаете, Кристофер? – Сондрин смотрела на него и ее сердце начало бешено колотиться, страх, не страсть, в ней проснулся противным приторным чувством безысходности.
– Ты сделала свой выбор и теперь у тебя нет прав, – он расстегнул рубашку и снял ее.
Она увидела его тело, вернее его татуировку, ею был покрыт весь торс. Огромный красно-голубой дракон обвивал все тело, его голова была на плече, а клыки спускались к груди, картинка уходила на спину. Нарисовано было настолько профессионально, что казалось, будто дракон сейчас зарычит. Сондрин была шокирована, такое девушка видела впервые.
– Посмотрела? Раздевайся, – эти слова прозвучали словно гром.
– Что?
– Раздевайся. Снимай, что там у тебя, майка какая-то, – он говорил с раздражением. – Брюки, трусы, бюстик, все бросай вот сюда, на пол.
Он наступал, она в свою очередь отступила и не могла поверить в то, что такое может быть.
– Но… Я…. Не могу… Это не правильно…
– Чего ты не можешь? О чем я говорил, когда я вошел в эту комнату? – он начал повышать голос, все больше раздражаясь.
– ……
– Будешь молчать в институте на парах, я задал вопрос и обычно мне отвечают, – молодой человек подошел к ней и, взяв ее за скулы, пристально посмотрел в глаза.
– Ну о чем я говорил, – Сондрин начала выкручивать голову. Но он нажал очень сильно на скулы, она вскрикнула и вскинула руки к лицу.
– Отвечай и больше ничего, Сондрин, ты меня злишь, говори без слез, четко отвечай на поставленные вопросы. Меня раздражают слезы.
– Ты… Отпусти меня…
– Нет, не ты, а Вы! Продолжай.
– Вы… – она сглотнула и прошептала:
– Вы говорили о поцелуе.
– Правильно, я говорил о поцелуе – о легком, приятном поцелуе, возможно, не об одном. Но о легком, теплом, чувственном поцелуе. Что сделала ты?
– Ничего… – она почти шептала, пытаясь сдержать слезы, голос дрожал.
– Нет. Ты отказалась, хотя я предупредил тебя заранее. Ты могла просто уехать домой. Возразить мне, я бы все понял и мы прекратили все, но ты продолжила вечер со мной, и что? Если ты отказалась от этой части программы, тогда пойдем по более сложному пути. Иногда надо не поддаваться своим импульсам, Сондрин, а возможно стоит подумать: сможешь ли выполнить часть договоренностей, которые предлагает другая сторона? У вас, у девушек, часто идет смена настроения, но меня , и моих удовольствий она никак не должна касаться, запомни это, – он замолчал пристально смотрел на нее.
