– А у меня тоже что-то случилось… – дождавшись паузы, начала она.
– …А потом мама сказала, что если выстричь челку – вот так, смотри! – то будет лучше. А еще у нас будет соревнование по плаванию на спине, и я думаю, что буду второй после Гали Говорковой. А…
– Света, у меня что-то важное случилось! Ты не поверишь!
Светка наконец услышала.
– У тебя? А что?
– Помнишь, я нашла телефон – вот этот?
– Так это сто лет назад было! Ну и что? Мне, может, скоро получше купят. Это не точно, но может быть.
– Мне по этому телефону позвонили…
Светка слушает с открытым ртом. Ни разу не перебила, что на нее совсем не похоже. Потом с уважением взяла в руки Маришин сотовый и рассматривает его так, словно впервые видит.
– Вау! Круто! Ты это в книжке прочитала?
– Да не прочитала, а так и было на самом деле. Спроси Перцева! Нас с ним в милицию возили.
– Про милицию, может, и правда. А остальное брехня. А может, ты сама придумала? Или Перцев твой?
– Свет, ну правда все так и было! Мы в субботу…
Светка хихикает и толкает Маришу в сугроб.
– Твой Перцев – известный враль и выдумщик. Это ж надо такое сочинить! Мне, по правде, сначала даже жутко стало. В том месте, когда вы звонили этому погибшему Виктору. Даже мурашки…
– Он не погиб! В этом все и дело! И мы теперь хотим всех спа…
– Ха-ха-ха! – не слушает Светка и подает Марише руку. – А родителям ты говорила?
– Они не поверят.
– И правильно сделают. А вообще-то прикольно. Прямо как в книжке! Если еще чего-нибудь допридумываете, расскажешь мне, хорошо?
У светофора они расстаются. Светка идет дальше, а Мариша сворачивает во двор своего дома. Около ее подъезда – машина с красным крестом. Скорая. Около нее топчется водитель.
И тут же у нее в сумке запел Чебурашка.
А потом все закрутилось, как в калейдоскопе. В уши ударили слова, смысл которых она не сразу поняла.
«Папа… Ехал из Нижнего, у него пропали документы… упал на лестнице… ударился головой…»
Мариша рванула на себя дверь подъезда и замерла. По лестнице спускались санитары с носилками. На носилках – человек… папа…
Вокруг чужие люди. Мариша растерянно смотрит на санитаров. Из подъезда выбежала мама, без шапки, в старой куртке со сломанной молнией. Наверное, схватила, не глядя, первое, что подвернулось под руку.
– Что с ним? – шепотом спросила Мариша. – Он…
– Нет-нет, он уже пришел в себя, просто закрыл глаза, – тоже шепотом отвечает мама. – Сейчас я поеду с ним в больницу… там знакомые врачи, он у них недавно что-то ремонтировал. Все будет хорошо, не бойся.
Мама пытается улыбнуться, но Мариша видит по ее лицу, что она сама боится и не совсем верит в то, что говорит.
Скорая уехала и увезла папу. Мама тоже уехала, а Маришу не взяли. Она постояла одна в подъезде.
«Да, ударился сильно… Нужна компьютерная томография. Проверить на гематому… Похоже на сотрясение мозга. Но главное – исключить микроинсульт».
Это так врач из скорой говорил маме, когда они садились в машину. Все слова чужие, непонятные: «инсульт», «гематома»…
Может, если «микро», то не так страшно?
Вечером мама разговаривала по телефону с бабушкой и папиной сестрой, тетей Алиной. Если у папы гематома, то, возможно, нужна будет операция. А это значит – деньги.
И еще мама говорила, что у папы был сильный стресс, потому что он забыл какие-то важные накладные и договоры в машине у частника. И что теперь будет – непонятно…
Через два дня все документы нашлись! Их привез тот самый частник, который подвозил папу до дома и запомнил адрес.
Что с папой – пока не ясно.
Мама с Маришей каждый день навещают его в больнице, и папа изо всех сил улыбается и шутит. А еще он переживает из-за того, что долго не сможет зарабатывать.
Мама, когда приходит к папе, тоже изо всех сил смеется и шутит, а дома плачет потихоньку от Мариши.
На день рождения бабушка подарила Марише рюкзачок с аппликацией и испекла яблочный пирог. Мама купила дорогой торт, который никак не хотел размораживаться. А известный хулиган Глухов на перемене положил на ее парту шоколадный батончик, сердито буркнул: «Это тебе» – и убежал.
Папа позвонил из больницы и веселым голосом поздравил Маришу с первым юбилеем.
Вечером они пошли в больницу, и папа сказал, что летом они все втроем обязательно поедут куда-нибудь, потому что они с мамой давно никуда не ездили, а Мариша, кроме Нижнего Новгорода, вообще нигде не была. Даже в Москве. А папа давно обещал, еще в прошлом году.
Как будто Мариша маленькая и ничего не понимает…
Про запланированный сеанс связи Марише напомнил Перцев. До субботы он едва дожил – так хотелось оглоушить старших Марину и Валерия удивительной новостью! Он уже и слова заготовил. Спокойненько так скажет, будто только что вспомнил: «Между прочим, а вы знаете, что редактор “Светлячка” жив и здоров? Если хотите, можете ему позвонить».
Без двадцати пять Мариша уже сидела на качелях с телефоном наготове, а Валерка пришел еще раньше.
Ровно в пять Маришин сотовый ожил.
«Я был когда-то странной…»
Так она и не сменила проигрыш, все некогда, да сейчас и не до того! Вот когда папа выпишется из больницы…
