Я не могла ей отказать.
— Маруся, почему ты не поздоровалась с гостями? — пожурила ее тетя Лена.
— Здравствуйте, — ничуть не смутившись, повернулась к столу Маруся, а затем ее глаза снова нашли мои. — Ну, что идем?
Я почти сделала шаг, когда услышала у себя за спиной голос Марины:
— А можно мне тоже посмотреть? Я очень люблю картины.
Маруся неуверенно кивнула.
— Я тоже хочу посмотреть, — сказал Алексей.
Боже, что происходит.
— Тебе нельзя, — улыбаясь, сказала марина. — Это только для девочек, да, Машуля?
Я даже не сразу поняла, к кому обращается Марина. Все обычно звали мелкую Марусей. Я уже и забыла, что ее полное имя было Мария. Маша.
Девочка кивнула и, схватив меня за руку, потащила в свою комнату. Я не оборачивалась, но знала, что Марина идет следом.
Войдя в комнату, я тут же опустилась на пол, скрестив ноги по-турецки, потому что знала, что сейчас Маруся разложит все свои рисунки на полу. Как делала это всегда. Марина же опустилась на пуфик. Ощущение неловкости росло с геометрической прогрессией.
— Вот, смотрите, — Маруся достала из своего письменного стола рисунки и принялась аккуратно раскладывать их на полу.
Я брала каждый рисунок по отдельности в руки и каждый раз его хвалило. То красивое небо, то волшебного единорога, то зеленое солнце. Маруся сияла от моих слов и ее детская радость передавалась и мне.
— Очень красивые рисунки, — сказала Марина.
— Спасибо, — Маруся кивнула, — сейчас еще принесу.
Она подбежала к своему столу и принялась выбирать рисунки.
— Сколько тебе лет? — спросила меня Марина. — Ничего не подумай. Ты выглядишь очень юно и хорошо ладишь с детьми.
Это не прозвучало как комплимент. Это было похоже на то, что она завуалировано назвала меня ребенком.
— Сегодня исполнилось 21, - сказала я. — Не сказала бы, что я хорошо лажу со всеми детьми, только с Марусей. Я люблю ее, впрочем, как и ее братьев.
Глаза Марины вспыхнули. Она поняла, какой посыл был в моих словах. Словно я сказала, что люблю Алексея. Он бы выпал в осадок, услышав что-то в таком духе от меня.
— С Днем Рождения, — сказала она. — Не думала провести его где-нибудь не здесь?
Это был намек? Это явно был намек.
— Я со своей семьей. Ничего большего мне и не нужно.
Сложно было сказать, что думает Марина. Ее улыбка продолжала быть дружелюбной, но мне было не по себе. Она никак не показывала то, что я ей не нравлюсь, ни словом ни действием, но почему-то я это знала.
— Вот, смотрите, — Маруся разложила перед нами новую стопку своих рисунков.
Марину привлек один из них. На нем была изображена я, Алексей и Маруся. В тот единственный раз, когда я готовила для нас ужин. Нарисованы мы были карикатурно, детской рукой и, если бы Маруся не подписала нарисованных людей, Марина бы не поняла, кто есть кто. Почему-то в фантазии малышки мы с Алексеем держались за руки, а она сидела за столом, с улыбкой глядя на тарелку с макаронами. Это было забавно нарисовано и я не сдержала улыбку.
— Странно, что Алекс мне никогда про тебя не рассказывал, — кладя рисунок обратно на пол, сказала Марина. — Видимо, для него ты не столь важный человек, чтобы упоминать.
Ее слова больно кольнули меня. Но она была права. Именно так все между нами и было. Вместо того, чтобы согласится с ней, я зачем-то ляпнула:
— Или у него от тебя секреты.
На секунду с ее лица слетела улыбка. Она хотела мне что-то сказать, но Маруся ее перебила.
— Ну, как вам?
— Это просто чудесно, — я поцеловала сидящую рядом девочку в макушку. — Ты очень красиво рисуешь. Мне очень нравится.
Маруся еще ярче засияла от моих слов.
— Да, у тебя очень хорошо получается, — согласилась Марина.
Мы еще немного посидели в комнате Маруси, разглядывая ее рисунки и слушая истории из художественной школы. На выходе из ее комнаты, Марина придержала меня за локоть и сказала:
— Было приятно с тобой поболтать. Спрошу у Алекса, почему, зная тебя столько лет, он считает тебя никем.
Я улыбнулась.
— Расскажи потом при следующей встрече и мне. Интересно будет послушать, что он тебе соврал.
Я аккуратно отвела локоть от ее руки и прошла на свое место. Я не должна была так говорить. Она была права. Я была никем в жизни Алексея. Но почему-то сейчас меня это ранило настолько сильно, что я не могла с ней в этом согласиться.
Наверное то, что когда Марик останется у нас, было предсказуемо понимать, что он захочет увидеться со своими старыми приятелями. Всю неделю мы много времени проводили вместе, но вечером он уходил встречаться со своими друзьями. Как раньше, он звал и меня с собой, но Ирина Григорьевна на меня предсказуемо обозлилась и ставила мне вечерние часы работы. К счастью, с понедельника я снова возвращаюсь к учебе в университете.
Ну а сегодня я впервые в жизни иду в тренажерный зал. Артур, Андрей и Шлепа купили франшизу у большой сети и открыли в нашем городе. Саша мне тоже про него рассказывала. Она, как и парни, часто там зависает. Они взяли на себя всю тренерскую деятельность, а она административную. Пока что свободных денег на расширение персонала у них нет, поэтому всем занимаются сами.
