Я не находила слов, чтобы ответить. Все, на что я была способна — смотреть на Алексея и пытаться осознать, что передо мной он, а не какой-то инопланетянин, завладевший его телом. Серьезно. Последние пару месяцев наши отношения можно назвать нормальными. Без взаимной неприязни и желания уколоть побольнее, как это было в мои подростковые года. Поначалу это все казалось мне странным, неестественным. Просто разговаривать с ним — было сродни чему-то немыслимому. Каждый раз, когда наши случайные встречи заканчивались мирно, меня не покидало ощущение чего-то неправильного. Смеяться, разговаривая с ним — дико. Видеть улыбающимся Лешу — еще страшнее. Словно я очутилась в параллельной вселенной. Где он и я — друзья?
Сейчас я понимаю, все то, что он сейчас мне сказал, было с целью успокоить меня. И, ну, это сработало. Тревога никуда не ушла, она все еще со мной. И будет до тех пор, пока я не увижу Марика. Но с ней справиться гораздо проще, чем со страхом.
— Спасибо, — я действительно была благодарна Алексею за то, что он попытался меня успокоить. — Иногда сложно просто верить.
— Знаю, — просто сказал он. — Но это все, что у тебя сейчас есть.
Всю оставшуюся дорогу до дома Алексея мы провели в молчании. Я размышляла над тем, что он мне сказал. А он, подозреваю, был сосредоточен на дороге.
Он жил в одном из старых районов города. Если бы мне кто-то сказал, что квартира Алексея будет располагаться в одной из стареньких «Хрущовок», я бы не поверила. Но сейчас я сама здесь. Стою напротив старой железной двери подъезда и жду, когда Алексей найдет ключ от домофона. Наконец он открывает дверь и пропускает меня вперед. Я захожу внутрь и в нос ударяет резкий запах мочи. Нет, я бы ни за что в жизни не поверила, что здесь живет один из самых состоятельных людей нашего города. Это просто невозможно, чтобы при количестве денег их семьи, Алексей жил здесь. Я видела, где и как живут его родители. Он, собственно говоря, рос в совсем другом месте. В новом, обустроенном, дорогом спальном районе города, построенным его отцом.
Мы поднялись на 3 этаж. Алексей открывал дверь, а я еще раз огляделась вокруг. На серые стены, покрытые бетоном и потрескавшиеся в нескольких местах. На обшарпанные перила и отсыревшую раму небольшого зеленого окошка.
— Проходи, — открывая дверь, Алексей придержал дверь.
Я неловко перешагнула порог квартиры и отступила чуть в сторону, чтобы Алексей вошел следом. Как только он закрыл за собой и включил свет, раздалась бодрое шарканье по паркету и спустя несколько секунд из комнаты выбежала собака и, виляя хвостом, подбежала к своему хозяину, встречая его.
— Ну, привет-привет, — Алексей присел на корточки, чтобы погладить ее. — Я тоже скучал.
Собака пыталась лизнуть его в лицо, но Алексей ловко увернулся. А затем, почесав ее за ушком, встал и приказал:
— Ждать.
Все также виляя хвостом, собака отошла на пару метров от нас и послушно села.
— У тебя есть собака, — удивленно произнесла я. — Никогда бы не подумала.
— Почему? — он снял свою куртку и, достав из встроенного в стену шкафа, вешалку, повесил ее. — Давай свою куртку.
Я послушно сняла куртку и отдала ее ему. Действительно, почему у него не может быть собаки? Может быть, потому что большую часть своей жизни я считала его безответственным, легкомысленным человеком? Но, ключевой момент был в том, что это было в прошлом. И я не уверена, что это было мое мнение на его счет.
— Просто ты не похож на большого любителя животных.
Алексей снял свою обувь и одел свои домашние тапочки. Точно такие же, только размером меньше, он протянул и мне.
— А как выглядят любители животных?
Я замешкалась. Неуверенная в том, издевается он надо мной или же искренне задает эти вопросы.
— Это невозможно объяснить, просто интуитивно…
— Я думаю, что ты любишь вешать ярлыки на людей, плакса, — он снова присел на корточки рядом со своей собакой. — Ты проголодалась?
— Гав! — собака положила свои лапы ему на плечи и ткнулась мокрым носом в щеку.
Я проигнорировала его слова о ярлыках. Они не были враждебными. Скорее, звучали как констатация факта. Я присела на корточки рядом с ним. Мое присутствие собака игнорировала, полностью сосредоточившись на своем хозяине.
— Как ее зовут?
— Это кобель. Его зовут Грей.
— Могу я его погладить?
— Конечно.
Я неуверенно протянула руку. Грей не был настроен враждебно, но по какой-то причине я его опасалась. Увидев мою тянущуюся к нему руку, он дернул носом в мою сторону, тщательно обнюхивая руку. Я потянулась к нему, чтобы погладить, но он испуганно прижался к хозяину.
— Все хорошо, приятель, — Алексей продолжал гладить его. — Это Алиса, не бойся.
Грей еще раз ткнулся носом мне в руку, несмело завиляв хвостом. Но, как только я снова попыталась его погладить — отпрянул.
— Ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к тебе, — сказал Алексей. — Пойдем его покормим.
Услышав знакомые слова, Грей вскочил на все четыре лапы и побежал на кухню. Разочарованная тем, что мне так и не удалось его погладить, я проследовала за ним.
