Пламенная роза Тюдоров полностью

Я думала, что скоро приедет лекарь, один из самых лучших и опытных врачевателей Лондона, он осмотрит меня и, возможно, выпишет мне лекарство, намного более действенное, чем все, что я уже успела испробовать. Однако Роберт вернулся один. Он уселся рядом со мной на кровать, взял меня за руку и сказал, что обсудил мое состояние с личным лекарем самой королевы и что тот решил не беспокоить меня, подвергая столь интимному осмотру. Он дал Роберту баночку с пилюлями из болиголова и посоветовал мне начать принимать их лишь после того, как я обустроюсь в Камноре, поскольку лекарство наверняка окажет побочное действие, с которым мне сложно будет справиться в пути. Роберт пообещал, что будет присылать ко мне доктора из Оксфорда с необходимыми мне снадобьями, в их числе будут и эти пилюли из болиголова. Самое главное, подчеркнул он, – это неукоснительно следовать советам лекаря и принимать все, что он скажет.

– Но учти, от этого лекарства ты будешь чувствовать себя очень, очень плохо, – предупредил меня Роберт, передавая мне баночку с зелеными пилюлями, – так уж они действуют – будут травить твой недуг до тех пор, пока он не умрет. Тебе будет казаться, что они могут убить и тебя саму, но ты должна все равно продолжать принимать их. И не прекращай, пока не выздоровеешь окончательно. Пообещай мне, Эми, что сделаешь все так, как я сказал.

Я слышала, что болиголов – это страшный яд. Моя рука задрожала, от чего пилюли затряслись в стеклянной баночке. Я же пристально посмотрела Роберту в глаза – неужели он решил убить меня, замаскировав это под лечение моего смертельного недуга? Однако на его лице не дрогнул ни один мускул. Должно быть, именно с таким каменным выражением лица и немигающим взглядом он играл в карты.

– Пообещай мне, Эми, – снова потребовал он, – что будешь принимать эти пилюли, даже если тебе будет казаться, что в этой баночке находится сама смерть. Поклянись, что будешь лечиться до тех пор, пока тебе не станет лучше, пока сам лекарь не позволит тебе перестать употреблять это снадобье.

– Обещаю, Роберт, – солгала я, просто чтобы закончить этот разговор. Разумеется, я и не собиралась принимать эти мерзкие, смертоносные зеленые таблетки.

– Ну вот, теперь ты хорошая девочка! – Роберт улыбнулся и снова поцеловал меня в лоб. – Моя лютиковая невеста совсем скоро поправится, мы позабудем все былое и начнем жить заново!

Я улыбнулась в ответ и сказала, что всем сердцем надеюсь на такой исход, но не поверила ни единому его слову.

Затем он заявил, что ему пора и что он приедет в Комптон-Верни в следующем месяце, чтобы забрать меня и отвезти в Камнор. Я кивнула и улыбнулась напоследок, чтобы угодить Роберту, однако в сердце моем с тех пор навеки поселился страх. Мне оставалось лишь молиться о том, чтобы Камнор-Плейс оказался лучшим местом, чем Комптон-Верни.

Второй раз в жизни на моих глазах женщине разбили сердце. Я видела ужас внезапного осознания у нее на лице, она словно очнулась от долгого сна после того, как ей дали пощечину или вылили на голову целый ушат ледяной воды. Она вдруг поняла, что все ее подозрения, даже те, в которые она сама отказывалась верить, – правда; вся ее жизнь и чувства, которыми она так дорожила, оказались лживыми. Она догадалась наконец, что любые ее попытки вернуть былое непременно окажутся провальными. Когда я увидела слезы в голубых глазах Эми, тут же вспомнила тот день, когда моя мачеха Екатерина Парр застукала меня на лестнице в Челси в объятиях своего супруга. Том Сеймур был таким же, как Роберт, – красивым, очаровательным повесой, не заслуживающим искренней любви своей супруги. Однако и Екатерина, и Эми были ослеплены своими чувствами и не понимали, каким ничтожествам вверили свои сердца.

Когда Эми скрылась в запутанных коридорах дворца, Роберт обернулся ко мне и хотел было заключить в объятия, но я отстранилась, направилась в свои покои и хлопнула за собой дверью. Я велела своим фрейлинам, которые тут же уселись в моей опочивальне за вышивание, выйти вон и усадила Кэт снаружи, чтобы та никого ко мне не пускала. Мне хотелось побыть одной.

Уже в третий раз за свою недолгую жизнь я оказывалась причиной разлада между мужчиной и его женой. Будучи еще совсем юной, неискушенной девчонкой, я поддалась чарам обольстительного Тома Сеймура, а затем, чтобы спасти свою жизнь во время правления моей безумной сестры, мне пришлось принимать ухаживания ее милейшего супруга Филиппа. Теперь же, став королевой по праву и решив отказаться от мужчин и связанных с ними радостей, я обнаружила, что мой верный друг детства оказался лжецом и я зря думала, что никому не причиняю вреда, наслаждаясь его обществом. На самом деле было разбито еще одно нежное и любящее сердце.

Я налила себе вина и устроилась у пылающего камина. Любопытно, хоть что-то из всего того, что он мне рассказывал о своем браке, было правдой?