— Я выходила гулять, но до загонов не дошла, Джек. Ты же знаешь, я терпеть не могу скотный двор и избегаю его всеми силами. Бараны слишком… пахучие создания для меня, так что кто бы что ни говорил — меня возле них видеть не могли точно.
Джек почувствовал усталость и разочарование. Клементина лгала. У Фреда Раундтри не было ни малейших причин выдумывать, будто он ее видел возле паддока. Стало быть, она там была, а теперь пытается отрицать это. Впервые в жизни Джек подумал о том, что Клементина ревнует его к Эбби… но неужели она зашла так далеко, что открыла паддок и свалила всю вину на девушку? Скорее всего, это так и было — уж больно яростно она отрицала то, что была вчера возле паддока после ухода Эбби.
— Прошу меня извинить, Клементина. Я должен кое-что сделать. — Джек встал и пошел прочь.
Клементина растерянно и испуганно смотрела ему вслед. Он ведь не мог подозревать правду? Да и какая разница? Он же не может доказать, что это Клементина открыла ворота, а Эбби не может доказать, что закрыла их. В любом случае, когда выяснится факт беременности Эбби, открытые ворота паддока вообще никого больше волновать не будут!
Джек постучал в комнату Эбби. Когда она открыла, он увидел ее усталое лицо и едва не взвыл от раскаяния.
— Ты в порядке, Эбби? Ты не спустилась к ужину, а мама сказала, что ты неважно себя чувствуешь.
— Немного устала… но все уже в порядке. — Эбби старалась не смотреть на Джека. Сейчас, вечером, тошнота отступила, но на сердце тяжелым камнем лежал другой груз.
— Я хотел извиниться за то, что был так резок утром. Я устал и был зол…
— Не надо извиняться. Я прекрасно понимаю, насколько большую ценность представляют для тебя Наполеон и остальные бараны.
— Да… ты понимаешь…
Джека словно осенило. Клементину жизнь фермы не интересовала ни секунды, зато Эбби понимала все и переживала.
— Именно потому я и должен был тебе поверить! Если ты сказала, что закрыла ворота… да ты бы ни за что не оставила их открытыми! Я это знаю и прошу у тебя прощения за то, как вел себя утром.
Эбби не хотела, чтобы он извинялся. Не теперь, когда сама она хранит от него такую грязную тайну.
— Джек, это все? Я очень устала и хочу лечь спать.
Ее холодность смутила Джека.
— Да, конечно. Прости. Спокойной ночи, Эбби.
— Спокойной ночи!
Она захлопнула дверь и зажмурилась, чтобы не дать слезам вылиться… но ей это не удалось.
От записки Сибил Хит пришел в абсолютное бешенство. Какого черта она пишет, чтобы он не забирал Эбби и что ее привезет Джек? Кроме того, Хита злило, что Джек тоже собрался на танцы — наверняка только для того, чтобы присматривать за ним. Чтобы обмануть Джека, Хит придумал план…. Моля бога, чтоб никто и ничто больше не помешало ему заставить Эбби выйти за него замуж. Как можно скорее!
Большую часть воскресенья Эбби попросту не выходила из своей комнаты. Она избегала разговоров с Клементиной, а с Сибил перекинулась буквально парой слов. Отклонила предложение пойти вместе с Хокерами и Фиблами на воскресную службу.
Джек надеялся, что она, как и в прошлое воскресенье, поможет ему приготовить завтрак — однако Эбби не выходила из своей комнаты.
Ранний ужин состоял из салата и холодных котлет, которые Сабу предусмотрительно приготовил заранее, готовясь к очередному постному дню. Сабу удалось избежать увольнения — внимание Джека отвлекли сбежавшие бараны, но он понимал, что стиль общения с хозяином придется менять.
Эбби открыла ему глаза на многое — он увидел, что его упрямство и гордыня могут стать причиной того, что пострадает его семья в Индии. Сабу отчасти доверился Сибил, но, чтобы избежать дальнейших расспросов о семье, решил демонстрировать самое лучшее и покладистое поведение. Кроме того, он не желал никого видеть на своей любимой кухне!
Ужин прошел практически в молчании, хотя Клементина и Сибил пытались поддерживать беседу. Клементина заметила, что Джек был молчаливее обычного, да и дома его не было большую часть дня: он занимался в саду с Максом и пропадал у своих драгоценных баранов.
Клементина с нетерпением ожидала, во что все это выльется вечером…
Сидя за столом, Эбби чувствовала на себе взгляд Джека, но глаз не поднимала. Джек решил, что она на него сердится, и очень хотел помириться с девушкой. Что же касается отношений с Клементиной — он сомневался, что они когда-нибудь станут прежними.
После ужина девушки поднялись наверх, чтобы одеться и причесаться. Эбби не проявляла ни малейшего энтузиазма, а вот Клементина хлопотала над ней, помогая надеть платье и даже сделать прическу. Сибил одолжила им свои ожерелья, очень подходившие к новым нарядам. Платье Клементины было темносиним, а у Эбби — насыщенного цвета бургундского вина.
При других обстоятельствах Эбби была бы в восторге и от нового красивого платья, и от перспективы весело провести вечер.
У нее никогда раньше не было собственных новых вещей… Однако непрестанные мысли о беременности, о необходимости скрывать все от Хокеров и то, что завтра она должна будет навсегда покинуть этот дом, вселяли в девушку только уныние.
