Не дав Джеку опомниться, она быстро скользнула в экипаж, и довольный Алфи захлопнул дверцу, а затем быстро взобрался на козлы. Эбби выглянула в окно, когда экипаж разворачивался. Она видела Джека, видела, что он пребывает в абсолютной ярости… Клементина уже стояла на крыльце, и Сибил вышла их проводить. Все, кроме Клементины, смотрели вслед экипажу с недоверием и растерянностью…
Эбби была даже рада, что едет в Мануру в полном одиночестве. Не нужно было разговаривать, не нужно было «держать лицо»… Она устало откинулась на кожаные подушки и стала смотреть в окно.
Экипаж катил по дороге, вздымая клубы пыли. Солнце медленно садилось за желтые холмы, на равнине виднелись пасущиеся овцы, величественные эвкалипты росли на склонах. Быстро темнело. Мысли Эбби невольно перенеслись назад, в тот вечер, когда Алфи точно так же вез ее в этом экипаже в Мартиндейл-Холл. Еще недавно ей казалось, что она смогла пережить и забыть все, что с ней произошло, но оказалось, что теперь этим воспоминаниям суждено жить вечно.
Она пыталась представить себе, как будет жить дальше, когда покинет эти края и отправится в незнакомый город, возможно, в Аделаиду. Наверное, Хит будет удивлен ее внезапным исчезновением не меньше, чем Сибил и Джек. Все к лучшему… даже если на сердце тяжело. Она найдет приют для незамужних матерей, выносит и родит своего ребенка. У нее впереди месяцы на раздумья, но она никогда не забудет доброту, с которой отнеслись к ней Хокеры. И Джека она тоже никогда не забудет.
Постепенно она потеряла счет времени. Тени от деревьев, росших вдоль дороги, равномерно пробегали по потолку экипажа. Было уже совсем темно, и она понятия не имела, где находится. В Мануре Эбби не бывала, а потому не знала и того, сколько туда добираться. Потом за окном показались неясные очертания домов — они ехали через город, вероятно, через Минтаро.
Через пару миль экипаж замедлил ход, и они свернули с дороги. Эбби вновь выглянула в окно и увидела, что они въезжают в кованые ворота. Дорожка, усыпанная гравием, была ей хорошо знакома. Эбби прерывисто вздохнула…
Они были в поместье Мартиндейл!
— Алфи! Что мы здесь делаем?
Возница не ответил. Эбби была удивлена, но решила, что они просто заехали за Хитом, чтобы вместе отправиться на танцы.
Остановив экипаж перед домом, Алфи ловко соскочил с козел и распахнул перед Эбби дверцу.
— Мы приехали забрать Хита? — спросила она.
— Хозяин ожидает вас, мисс Скоттсдейл! — отвечал Алфи.
— Ожидает меня? — Эбби была растеряна.
Она вышла из экипажа и посмотрела на высившуюся перед ней громаду дома.
— Но как же танцы?..
— Я не знаю, мисс. Мне было велено гнать экипаж сюда — я его сюда и пригнал. Потом было велено отвести лошадей на конюшню…
— Наверное, какая-то ошибка. Погоди, пожалуйста, я сейчас все выясню.
Она остановилась у подножия лестницы, освещенной фонарями, глядя на Мартиндейл-Холл. Это было похоже на дежавю. Эбби почувствовала себя больной, вспомнив о том, что произошло с ней в этом доме… и разрушило всю ее жизнь. Она не могла заставить себя войти. Она не могла… Если Хит хочет ехать с ней на танцы, пусть выходит сюда.
Эбби повернулась к Алфи.
— Я в дом не пойду, вот и все!
С этими словами она направилась к дверце экипажа, но в этот момент раздался голос:
— Эбби?!
Ей показалось, что она узнала голос Хита, но в темноте ничего не было видно.
— Эбби, наверху!
Она взглянула наверх — и увидела силуэт Хита на краю крыши. Он махал ей рукой. У Эбби перехватило дыхание. Неужели он приказал Алфи привезти ее сюда, чтобы она стала свидетельницей его самоубийства?
— Поднимайся, Эбби! — крикнул Хит.
Она не сводила с него глаз.
— Нет! Я не пойду. А ты будь осторожнее, Хит!
Ей очень не нравилось, как он перегнулся через тонкие перила, ограждавшие крышу.
— Пожалуйста, Эбби! У меня для тебя сюрприз!
Голос у Хита был чарующим… когда он этого хотел.
— Нет, Хит! — Она не хотела идти, хотя любопытство снедало ее. И ей не нравилось его настроение.
— Пожалуйста, Эбби! У меня неприятности.
«О чем это он?» — с подозрением подумала она. Хватит с нее и собственных драм. В этот момент сквозь тьму до нее донеслась музыка. Звуки скрипки…
— Давай же, Эбби! Не заставляй меня ждать, — кричал Хит с крыши.
Любознательность пересилила страх. Судя по всему, Хит не собирался кидаться с крыши, поэтому Эбби решила пойти и выяснить, в чем же дело.
Она поднялась по лестнице, и дворецкий Уинстон открыл двери. Как в прошлый раз. Воспоминания вновь пронзили ее сознание болезненными вспышками, Эбби замерла на месте.
— Добрый вечер, мисс Скоттсдейл.
На этот раз Уинстон глядел прямо на нее, а тогда он прятал глаза. Впрочем, сейчас было слишком темно, чтобы она могла разглядеть выражение его лица.
— Добрый вечер, Уинстон. Я так понимаю, мистер Мэйсон на крыше?
— Да, мисс Скоттсдейл, и он ждет, когда вы к нему присоединитесь.
Эбби все еще медлила.
Уинстон видел, что она нервничает.
— Мистер Хит очень уважает вас, мисс. Все в порядке. Чувство вины укололо Уинстона. Он помнил, чем закончился первый визит девушки в этот дом.
