Эбби с ужасом поняла, что любая секунда может стать последней в ее жизни. Уинстон дотянулся до Хита и схватил его за руку, но тот отпихнул его с такой силой, что старик потерял равновесие и упал, ударившись головой о железный скат крыши. Уинстон застонал, но подняться самостоятельно уже не мог. Хит вновь обернулся к Эбби, однако ее внимание было приковано к дворецкому — Эбби потрясло, с какой жестокостью Хит ударил старика.
— Остановись, Хит! — закричала она. — Прекрати это безумие!
— Ничто не будет стоять между мной и моими деньгами! — прошипел Хит, снова обхватывая ее. Эбби кричала и боролась, но Хит навалился на нее — и она почувствовала позади себя пустоту. Перила задрожали и начали прогибаться — на долю секунды Эбби показалось, что сейчас они рухнут с крыши вдвоем.
— Хит, перила!!! Прекрати!
Казалось, Хит ее даже не слышал. Он навалился на Эбби всем весом, и она услышала треск — металлические прутья выскакивали из гнезд.
Когда перила зашатались, Хит на мгновение выпустил Эбби, инстинктивно пытаясь сохранить равновесие. В этот момент целая секция ограждения рухнула с крыши на землю. Хит взмахнул руками и упал вниз. Эбби не успела отскочить от рушащейся второй секции перил — и конструкция поволокла ее за собой. Эбби уже хотела закричать — и в этот момент чья-то сильная рука буквально выдернула ее из бездны.
Это был Джек, успевший в самый последний момент. Он выбежал на крышу, когда перила уже рушились, и кинулся вперед, туда, где на краю боролись Эбби и Хит.
Он видел, что не успевает, и потому прыгнул в последний момент, покатился по крыше и успел ухватить Эбби за ногу и подол платья…
Тяжело дыша, он вытянул ее на крышу и заключил в крепкие надежные объятия.
— Я тебя держу… — прошептал он, тихо баюкая девушку. — Ты в безопасности, Эбби.
Она всхлипывала, прижимаясь к нему. Джек тяжело дышал — весь путь от ворот он проделал бегом. Уже на главной аллее он услышал крики Эбби, а затем и увидел их с Хитом на крыше Мартиндейл-Холла. Джек видел, как они боролись, и едва не впал в панику. Двери дома был закрыты, поэтому ему пришлось бежать вокруг и войти через заднюю дверь. В кухне пришлось схватить за плечи и встряхнуть перепуганную до одури служанку Луизу — только после этого она указала Джеку путь на крышу.
Уинстон застонал и неловко сел, держась за голову. Затылок он разбил до крови. Потом он непонимающим взором уставился на безобразный пролом в ограждении крыши и пролепетал:
— А где же… где мистер Хит?
Джек молчал, и старый дворецкий все понял.
Эбби прижималась к Джеку, вся дрожа, но внезапно острая боль пронизала ей низ живота, и она вскрикнула.
— Что случилось, Эбби?!
— Ребенок… — выдохнула она, даже не подумав, что Джек впервые слышит от нее о существовании ребенка.
— Ребенок! — прошептал потрясенный Джек. Значит, Клементина говорила правду…
Уинстон поднялся на ноги.
— Я немедленно пошлю Алфи за доктором!
Три часа спустя Эбби осматривал молодой доктор из Бурры. Эбби лежала в одной из шестнадцати спален Мартиндейл-Холла.
— Вы знаете о том, что были беременны? — спросил доктор.
— Да, со вчерашнего дня, — тихо ответила Эбби.
— Мне очень жаль, но… вы потеряли дитя, — негромко и с явным сочувствием сказал доктор. Он только что исследовал окровавленную простыню, которую миссис Хенди сочла необходимым сохранить до его приезда. Кроме того, он осмотрел многочисленные ушибы и порезы Эбби.
Эбби подозревала это, но душа ее все равно наполнилась тоской… и странным ощущением утраты.
— Мне очень жаль, мисс Скоттсдейл! — сказал доктор Филип Боксборо. — Однако это совершенно неудивительно, после того что вам пришлось пережить.
Он уже успел осмотреть тело Хита, лежавшее перед домом, и выслушать краткий рассказ о случившемся.
— Вы должны отдыхать и не вставать с постели несколько дней. Обещайте мне это!
— Да, доктор! — грустно откликнулась Эбби.
Доктор видел, что она вполне осознает случившееся с ней, однако предполагал, что в течение нескольких дней у нее может случиться запоздалый шок.
— Обещайте, что пошлете за мной, если почувствуете себя хуже. Я приеду немедленно!
Эбби кивнула.
В дверь постучали. Миссис Хенди и Луиза принесли поднос с едой. Доктор велел домоправительнице заварить для больной крепкого чаю.
Филип Боксборо вышел в коридор, где маялся в ожидании Джек. Женщины остались с Эбби. Для нее уже была приготовлена ванна и чистая ночная сорочка.
— Как Эбби? — вскинулся Джек при виде доктора.
— Боюсь, она потеряла ребенка! — печально сказал врач, принимая Джека за отца. — Мне очень жаль.
— Как она это перенесла?
— Она держится молодцом, но я боюсь, что через несколько дней, когда воспоминания улягутся, у нее может начаться депрессия. Будьте наготове, и если потребуется, немедленно вызывайте меня.
— Простите, что вам пришлось проделать весь этот долгий путь из Берры! — сказал Джек молодому доктору. — Похоже, доктор Эшбурн приболел, и никто не может найти врача, который его подменяет.
— Вероятно, вы говорите о Верноне Миде? Я как раз подменяю его в Берре, — серьезно сказал молодой доктор.
— О… — Джек не знал, что сказать. Странные это были перестановки.
