— Даже если и так — собака не должна красть! Его нужно пристрелить! В следующий раз, когда он войдет в дом, я сама в него выстрелю! — Она повернулась к Сабу. — Делай сэндвичи с яйцом, но не вздумай добавлять карри!
Сибил повернулась и отправилась в гостиную. Эбби с укором посмотрела на Сабу.
— Тебе должно быть стыдно, Сабу! — прошептала она. — То, что ты сказал… это трусость!
— О чем это вы говорите? — прошипел Сабу, становясь багровым от ярости и смущения.
— Я видела, как ты бросил ветчину в сад!
Глаза Сабу сузились.
— Вы не видели! Этого не могло быть! — он явно подозревал, что Эбби блефует.
— Видела! Я была на балконе, когда ты швырнул окорок Максу. Да, он съел ветчину, но он ее не крал!
Сабу покраснел, но вызывающе скрестил руки на груди.
— Почему же вы не расскажете эту невероятную историю хозяйке?
Теперь он злился на Эбби, потому что она знала его тайну. Одно дело — привычные перепалки с Сибил, но совсем другое — обвинение из уст Эбби. Это Сабу считал унизительным.
— Я не знаю, почему я не сказала. Возможно, я надеялась, что у тебя хватит смелости и порядочности самому сказать правду. Но вместо этого ты обвинил несчастное животное, и если Макса решат пристрелить из-за тебя, я все расскажу миссис Хокер! Ты просто не хотел видеть мясо в день своего очередного индуистского праздника. Ты разозлился — ведь так? А теперь струсил и обвиняешь во всем собаку!
Эбби с отвращением покачала головой и покинула кухню.
Когда она вошла в гостиную, Сибил глубоко вздыхала, пытаясь успокоиться.
— Эбби? Так что там произошло, в Мартиндейл-Холле? Ты видела Хита?
— Да, миссис Хокер. — Эбби присела на диван. — На самом деле мы приехали не вовремя — в самой середине отпевания Эбенезера Мэйсона. Если бы я знала, что служба будет дома, я бы туда не поехала.
— Действительно, ужасно! Но ты ведь дождалась, когда Хит освободится?
— Мы как раз собирались развернуться и уехать, когда Хит подошел к нам, чтобы поговорить. Мне очень этого не хотелось, но он попросил зайти в дом.
— Судя по всему, он уже не болен.
— И что самое странное — он даже не помнит, что был болен. Впрочем, на него столько всего свалилось…
— О, да! Ему придется решать массу вопросов, связанных с управлением поместьем, это сложно. Да еще и рудник. Огромная ответственность!
Эбби задумчиво смотрела в окно. Ей казалось, что она все еще видит Хита, стоящего на крыше Мартиндейл-Холла и глядящего ей вслед. Эта картина не шла у нее из головы.
— В чем дело, Эбби? Ты, кажется, за сотни миль отсюда. — Сибил встревожилась, не разбудило ли в Эбби упоминание о руднике воспоминаний о судьбе ее отца.
— Я просто думаю о Хите, — сказала девушка, приходя в себя.
— Он тебе нравится?
— Я не знаю… Но он утверждает, что очень любит меня. — Эбби вдруг почувствовала желание выговориться. — Только я не знаю, почему…
Сибил удивленно заморгала.
— Странное сомнение, Эбби. Ты — красивая молодая женщина. Любой мужчина может быть влюблен в тебя.
— Клементина говорила, что Хит не особенно обращает внимание на тех, кто ниже его по положению в обществе, и я уверена, что она права. Я ведь просто ваша компаньонка, меня наняли на работу, ваш сын сделал это просто из жалости.
— Если Хит считает тебя красивой и привлекательной, положение компаньонки его не остановит, уж поверь мне. Что касается Клементины… говорят, она была увлечена им, так что, возможно, ее слова продиктованы ревностью.
Эбби вспомнила, что Хит говорил о Клементине, однако этого она рассказывать Сибил не собиралась.
— Хит пригласил меня на крышу — полюбоваться пейзажем. Вид и в самом деле восхитительный.
— На крышу?! Звучит зловеще! Это же опасно! — Сибил поежилась.
— Уверяю вас, совсем нет. Там прочные ограждения.
Говоря это, Эбби вдруг вспомнила выражение лица Хита, когда он смотрел на землю с крыши, но постаралась прогнать это воспоминание.
— Как романтично! — любопытство Сибил немедленно взяло верх над опасениями. — Он не пытался тебя поцеловать там, наверху?
Эбби покраснела.
— Нет, хотя он выглядел очень… возбужденным. Я была немного испугана.
Сибил улыбнулась.
— Ты еще молода, Эбби, но скоро ты поймешь, что иногда молодые люди бывают несколько… импульсивны.
Она не хотела пугать или смущать Эбби, поэтому и не произнесла слово «похоть».
Эбби поняла, что Сибил намекает на ее неопытность в отношениях с мужчинами.
— Думаю, дело было не в его чувствах ко мне. Он ведь в трауре… Я знаю, что они с отцом не слишком ладили, но это все равно выглядело очень странно. — Она невольно вздрогнула, снова вспомнив лицо Хита.
Сибил поняла ее состояние.
— Если ты его боишься, Эбби, целесообразнее просто соблюдать некоторую дистанцию. Кто знает, возможно, он куда сильнее похож на своего отца, чем мы думаем.
Эбби так не думала, но было в Хите нечто, что ее действительно пугало…
