Макса снова бросило в жар. Злость, ревность и похоть образовывали гремучую смесь, подогреваемую пониманием того, что на нее бы и у мертвого встал, что уж говорить о нормальных мужиках. Единственным его желанием в этот момент было развернуть Лизу к себе спиной, спустить с нее эти ажурные трусики и… Она наклонилась, собираясь поднять с пола платье. Выпятила задницу, пошатнулась, пытаясь удержать равновесие, склонила голову. Макс перемахнул комнату в несколько шагов, сгреб Лизу и буквально швырнул на постель. В следующий миг он уже нависал над ней и стягивал с ее плеч тоненькие бретельки бюстгальтера.
- Ну, Лолита… - сипел он, обнажая ее грудь. – Я тебе устрою… - Не расстегивая застежку на спине, он спустил чашки лифчика. Ущипнул Лизу за сосок, впился губами в шею. Меркулова зашипела, изогнулась, стараясь освободиться. – Ну что? Лолита…
Она вся пропахла чужим запахом: кожа, волосы, губы. Хотелось стереть с нее все, что напоминало о том, что сегодня она не ночевала дома, хотелось подчинить ее, смять, сделать что-то, что раз и навсегда внушило бы ей, что она его и только его, пока он не решит иначе. От ее белья пахло сигаретами, сама она пахла развратом и сексом. Силы были не равны, это доставляло Максу какое-то садистское удовольствие. Но, вопреки всему, подведенные черным глаза блестели непокорной яростью, а голубизна их затягивала в бездонный жгучий омут, обещающий не то райское наслаждение, не то семь кругов ада. Он перехватил оба ее запястья одной рукой, сжал так, что она вскрикнула и поморщилась. Впился в ее губы грубо, жестко, намеренно причиняя боль. Прикусил, услышал сдавленное мычание. Лиза пыталась отвернуться и пнуть его коленкой. Она тяжело дышала, грудь ее, приподнятая чашечками бюстгальтера, часто вздымалась, затвердевшие соски дерзко, вызывающе торчали. Продолжая удерживать ее запястья, Макс стянул с себя штаны вместе с бельем. Лег на Лизу, придавливая ее к постели, ткнулся носом в тонкие ключицы и жадно вдохнул. Она пошевелила стиснутыми его хваткой руками, ерзая и напрягая тело, недовольно застонала. Он разжал пальцы и тут же нашарил на спине Лизы крючочек, расстегнул, едва не вырвав его. Кружево слетело на пол, мужские ладони с исступленной жадностью обшарили бока, спину, живот, опустились ниже. Бросив попытки увернуться, Лиза отдалась ощущениям: он был таким сильным, что ее сопротивление все равно ни к чему бы не привело, да и, что уж там, прекращать начатое уже не хотелось. Внутри тянуло от предвкушения, животом она чувствовала его твердую плоть и понимала, что готова сдаться на милость победителя.
- М-м-м… Ты скотина. - Она дернулась, когда его пальцы резко проникли внутрь. Он даже трусики с нее не снял, просто отодвинул в сторону. Закусила губу и впилась в его плечи ногтями.
- Зараза… - Макс зашипел от боли. Прижался к ее губам, поймал тихий стон, прошелся поцелуями по шее, перехватил руку и легко, в непонятном самому себе стремлении чувствовать ее, сжал ладошку.
Кое-как стянул с Лизы трусики и одним сильным движением овладел ею. Она снова вскрикнула и прошлась коготками по мужской спине. В ответ Макс прикусил ее сосок. Грубые и резкие движения навстречу, слетающие с припухших губ всхлипы…
- Не так быстро, - горячо выдохнула Лиза, прогибаясь в спине. Пальцы перебирали волосы на затылке Макса, путались в темных завитках, веки были опущены, из приоткрытого рта вырывалось тяжелое сбивчивое дыхание. – Пожалуйста…
Он все еще был взбешен. Почти не соображал, что делает, до безумия хотел ее и все же смог притормозить. Поцеловал в губы чувственно, почти нежно, властно сжал ее грудь, большим пальцем обводя сосок, поигрывая с ним, лаская, приподнял ногу под коленкой, углубляя проникновение. Лизкина кожа покрылась испариной, щеки горели от алкоголя и страсти, губы пересохли, и она то и дело облизывала их розовым языком.
- Так? – покусывая мочку ее ушка с маленьким гвоздиком сережки, прохрипел Самойлов. – Что ты хочешь?
- М-м-м…
Она обхватила его рукой за плечи и снова облизнула губы. Приподняла бедра навстречу. Ее тело изгибалось, влажное горячее дыхание рвано вырывалось из груди. Стоило только Лизе открыть глаза, как все поплыло. Ей было жарко и хорошо, желание гнало по венам разбавленную алкоголем кровь. Глухо застонав, она потянулась за поцелуем. Только этого мужчину она действительно хотела, только его губы вызывали в ее теле отклик, жаркую волну чувственной дрожи, только его прикосновения были желанны.
- Макс… - словно в бреду шептала она.
Внизу живота невыносимо пульсировало, все натянулось, напряглось. Макс продолжал мягко мять ее грудь, движения его уже не были агрессивными, он позволял Лизе чувствовать, не стремясь доказать ей что-либо, не стремясь продемонстрировать свою власть над ней, свое превосходство.
– М-м-м… Макс… - тихо всхлипнув, она прижалась к нему.
