Кофе помог ей взбодриться, приятный насыщенный аромат разогнал остатки сна. Она взяла ложку и приступила к еде. Кинула быстрый взгляд на Макса. Он стоял у раковины и мыл посуду, серьезный, сосредоточенный, красивый. Невольно она засмотрелась на него, пользуясь моментом, пока он не мог ее видеть. Она не понимала его, не понимала его отношения к ней. Он ревновал ее. Сильно ревновал, это было видно. Даже Ксюша это заметила, о чем и сказала ей несколько дней назад. Хотя сама Лиза воспринимала ревность Макса скорее как собственническое отношение к ней. Это было вполне в его характере. Еще он хотел ее. Это Лиза тоже понимала. Напрашивался вывод, что она для него что-то вроде игрушки, которой он не хочет ни с кем делиться. Еще иногда, очень редко, он заботился о ней, вот как сейчас. То есть вовремя разбудить он ее не мог, зато сварил кашу, приготовил кофе и даже накрыл на стол. Лиза еще раз вздохнула и снова принялась за еду. Изменилось ли что-нибудь для Макса с их последнего разговора о будущем? Как бы ей хотелось, чтобы это было действительно так. Не может же мужчина, которому все равно, смотреть так, как смотрит на нее он, не может же так касаться и целовать…
В школе их встретила Ксюша. Вид у нее был какой-то виноватый. Лиза, погруженная в собственные переживания, этого сразу не заметила, а вот Макс заподозрил неладное. И не напрасно: почти сразу она призналась, что утром рассказала мужу об их планах прыгнуть четверной тулуп на чемпионате России.
Меркулова застонала в голос. Вот чего она сегодня точно не хотела, так это нравоучений от тренера. Она хотела хоть как-то настроиться на разговор с Максом, пусть и понимала, что это у нее все равно не получится. Какой смысл заучивать фразы, если потом все так или иначе пойдет наперекосяк? Единственное, что она для себя решила, так это то, что постарается сохранять спокойствие. Не будет она кричать. Что бы он ни сказал, что бы ни сделал, не будет. И плакать не будет.
Миронов и правда немного разозлился. Ну как немного? Выловив их после разминки на паркете, минут пять отчитывал на чем свет стоит, крыл красочными выражениями и грозился отстранить от тренировок до тех пор, пока не научатся думать головой. Ругал за то, что они взялись за столь сложный элемент без его ведома. За Макса он был относительно спокоен, а вот за Лизу нет. Он вообще был против того, чтобы она приходила на каток в его отсутствие, а уж о подобных выкрутасах и говорить не стоило. А если что-то пойдет не так? Если ей вдруг станет плохо?
- Я нормально себя чувствую, Евгений Александрович, - Лиза повторила заученную до тошноты фразу уже в тысячный раз. – И к Егору схожу. Я же обещала.
- Обещала она… - угрюмый Женя покачал головой. Посмотрел на спортсменов и проворчал: - Что стоите? Идите, показывайте, что там у вас.
Кусая губы, Лиза выехала на лед. Ей очень хотелось, чтобы все получилось с первого раза, но от волнения она боялась ошибиться. Украдкой бросила взгляд на Максимилиана. Он выглядел совершенно спокойным. В несколько подсечек пересек каток, потом объехал вокруг нее и спросил:
- Ты так и будешь стоять?
Поняв, что выглядит глупо, она тоже принялась разминаться. С ходу делать элемент подобного уровня не стоило, поэтому поначалу они просто разогрелись, и только когда Миронов разрешил, зашли на прыжок. Зашли совершенно синхронно, синхронно выкрутили по четыре оборота и совершенно синхронно грохнулись на лед. Лиза не сразу пришла в себя, таким неприятным оказалось падение. Поморщилась, уселась, потирая бедро, и увидела в нескольких метрах от себя злющего Самойлова.
- Это все, что вы хотели мне показать? – насмешливо поинтересовался Женя. Макс подъехал к Лизе, подал ей руку и помог подняться.
- Задницу не отбила?
- Очень смешно, - сердито зыркнула она на него исподлобья.
В этот момент выглядела она очень мило, Максу до покалывания в пальцах вдруг захотелось дотронуться до ее лица, убрать выбившуюся прядь волос за ушко.
- Да я вообще-то и не думал смеяться. - Он откатился на пару метров.
Вторая попытка оказалась куда более удачной. Снова параллельный заход, высокий, докрученный прыжок, четыре оборота в воздухе. Только на этот раз красивое, чистое приземление на лезвие и последовавший за ним такой же чистый выезд. Лиза лучезарно улыбнулась, тренер, хоть в открытую и не хвалил, смотрел с восторгом и уважением. Процесс тренировки увлек, поглотил, не оставляя возможности думать.
К обеду Лиза была вымотана. Кое-как она притащилась в зал к Ксюше, повалилась на маты, раскинула руки и произнесла:
- Твой муж изверг.
- Если только немного, - засмеялась Ксюша и присела рядом.
Лиза приподнялась, сейчас она не думала о Максе и о предстоящем разговоре и, скорее всего, именно поэтому чувствовала себя счастливой. Глаза у нее горели, на щеках выступил румянец.
- Мы это сделаем, Ксюх.
