Несмотря на полноту, двигалась она легко и уверенно, а в глазах ее читалось участие. Макс положил обе Лизиных кисти на свою ладонь и вгляделся в порезы. Два особенно глубоких скрывали полоски пластыря, остальные же медсестра просто обработала антисептиком. Он был рад, что именно эта женщина позаботилась о Лизе. Вряд ли ее по-матерински добрый голос мог скрасить горечь произошедшего, но все же это было лучше, чем усталое равнодушие.
Москва, ноябрь 2016 года
До дома доехали только глубокой ночью. Врач, высокий худощавый мужчина средних лет, настаивал на том, чтобы Лиза осталась в больнице до утра. Это был один из докторов, осматривающих ее при поступлении, но, несмотря на то, что Лиза точно знала это, ей казалось, будто видит она этого человека в первый раз. При поступлении никаких серьезных повреждений у нее обнаружено не было, чувствовала она себя сносно, но врач опасался, что это последствия шока.
- Лиза, потерпи одну ночь, - уговаривал он свою голубоглазую пациентку. – Тем более у тебя недавно была серьезная травма головы. Если все будет в порядке, пойдешь себе спокойно домой.
- Со мной и сейчас все в порядке.
Она смотрела затравленным, но притом упрямым взглядом и прижималась к плечу Самойлова. Макс, в принципе, разделял мнение врача. По крайней мере, ему бы было намного спокойнее, если бы она какое-то время находилась под присмотром медиков, но отказать ей, когда она так смотрит… Мужчина в белом халате тоже сдался. Недовольно покачал головой, измерил ей давление, посветил фонариком в глаза.
- Давай я хотя бы еще раз тебя осмотрю.
Царапины на ее лице и руках сильного беспокойства не вызывали, в отличие от гематом, скрываемых одеждой. Лиза поджала губы и глянула волком.
- Со мной все нормально. Я просто хочу домой.
- Снимай свитер. Сейчас я еще раз взгляну на твои ребра, и поедешь домой. - Повернувшись к Максу, врач попросил: - Подождите, пожалуйста, в коридоре.
Мироновы, не желая мешать, вышли из кабинета еще несколько минут назад, Макс же не хотел оставлять Лизу одну. После слов доктора он повернулся к ней, пытаясь найти в ее взгляде согласие, но увидел только просьбу.
- Не надо. - Она положила ладошку ему на колено. – Можете осмотреть меня при Максимилиане, он не мешает.
- Хорошо, - мужчина в белом халате сдержанно кивнул.
Лиза стянула с себя свитер и застыла, увидев бурые пятна. На руках ее выступили мурашки, глаза остекленели, спина неестественно напряглась.
- Дай сюда, - выдернул Макс тряпку из ее рук и положил рядом с собой. Очнувшись, Лиза взглянула на него с благодарностью, ее глаза поблескивали влагой, нижняя губа чуть заметно дрожала. – Постарайся не думать об этом. - Он легко сжал кисти ее рук.
Она сделала глубокий вдох.
- Мне встать?
Макс знал этот тон. Спокойный, сдержанный. Лиза могла обмануть кого угодно, но только не его. От него не укрылись и почти незаметная дрожь ее голоса, и хриплые нотки, отчетливо прозвучавшие в нем. Несмотря на доводы здравого смысла, ему и самому захотелось увести ее домой, напоить горячим чаем, обнять. Ей было плохо в этих холодных казенных стенах, и он это чувствовал.
- Сиди. - Склонившись к Лизе, доктор принялся осматривать ее бока и спину.
Макс поймал себя на том, что ревностно следит, как он прикасается к ней, как пальцы его надавливают на ее кожу.
- Тут очень больно? – хмурясь, мужчина сильнее надавил на бок, чуть выше гематомы.
С шумом вдохнув, Лиза стиснула зубы и поморщилась.
- Больно, но терпимо.
- Одевайся. - Врач подошел к столу, на котором в беспорядке лежали бумаги и, отыскав рентгеновский снимок, вгляделся в размытую картинку. – Перелома нет, трещины я тоже не вижу. Но ушиб сильный, нужно делать компрессы.
- С этим проблем не будет, - вместо Лизы ответил Макс. – Мы фигурным катанием занимаемся, для нас компрессы – дело привычное.
- Тогда можете забирать ее домой. Но все-таки, Лиза, я рекомендую тебе на днях показаться хирургу. Хуже от этого точно не будет. - Человек в белом халате все еще держал в руках ее снимок. Потом небрежно вернул его на стол и строго посмотрел на Макса. – И если вдруг она почувствует себя плохо, сразу же обратитесь за помощью. Если начнет кружиться голова или появится недомогание, не тяните. Считайте, что я отпускаю ее под Вашу ответственность.
Лиза зашла в квартиру и рассеянно осмотрелась по сторонам, словно не понимая, что делать дальше. На плечи ее был накинут синий флисовый плед, которая она сжимала пальцами на груди с такой силой, что костяшки побелели. Свитер она надевать отказалась, да Макс и не настаивал. Хотел вообще выкинуть его где-нибудь по пути, но совсем забыл, и теперь комок бежевой шерсти тряпкой валялся в багажнике автомобиля.
Быстро стянув с себя куртку и обувь, Макс положил руки Лизе на плечи и немного сжал их. Она повернула голову, и тогда ладони его переместились ниже по ее рукам.
- Пойдем на кухню, - мягко сказал он, подталкивая ее вперед.
