- Могу и стану, - отрезал Бретт, чувствуя, что смешон, но не в силах ничего с собой поделать. Ему были ненавистны похотливые взгляды, которые Диего бросал на его жену. - Сторм, я охотно все покажу тебе сам.
Бросив на него сердитый взгляд, она выдернула руку:
- Ты не разрешаешь мне поехать с Диего?
- Правда, Бретт, она ведь никуда от тебя не денется, а я хочу забрать ее только на один день, - уговаривал Диего.
- Я сам с тобой поеду, - не уступал Бретт. - Такой уж я жадный ублюдок, Диего.
- Ты просто нахал, - сердито проговорила Сторм, стараясь не повышать голоса. - Сам распускаешь слюни со своей кузиной, а мне не разрешаешь прокатиться с Диего.
- Что?
Диего улыбнулся, но сразу согнал улыбку с лица:
- Бретт, у меня нет никаких дурных намерений.
- Чертовски верно. - Бретт взглянул на Сторм: - Мы обсудим это позже.
- Чертовски верно, - выпалила Сторм и одарила Диего самой сладкой улыбкой, на какую была способна. - До завтра, Диего.
Он взял ее руку и прижал к губам:
- До завтра.
Сторм отошла, не глядя на Бретта, и он видел, что она направилась к дяде, тете и Габриеле. Диего что-то говорил, но он почти не слышал его.
- Право, кузен, что за представление. Будь у меня нечестные намерения, я не стал бы так открыто искать ее общества.
Бретт только собрался ответить, как вдруг разговоры смолкли и все уставились на вошедшего лакея, который толкал перед собой кресло на колесиках с сидящим в нем доном Фелипе. Дон улыбался. Нижняя половина его тела была укрыта одеялом.
- Фелипе, - воскликнул Эммануэль, бросаясь вперед. - Что ты затеял?
- Я решил присоединиться к вам за обедом, - спокойно ответил Фелипе. Хочу посидеть за одним столом с новобрачными.
На мгновение установилось напряженное молчание, которое нарушила Елена, изящно шагнувшая к креслу дона.
- Какой удивительный сюрприз, - заворковала она, кладя руку на плечо старика и улыбаясь сгрудившемуся вокруг семейству.
Дон Фелипе поймал взгляд Бретта, и мгновение они не отрывали глаз друг от друга. Потом он сказал:
- Я хочу познакомиться с новобрачной. Очнувшись, Бретт взял руку Сторм и вывел ее вперед:
- Отец, это моя жена, Сторм. Дон испытующе поглядел на нее:
- Сколько тебе лет, девочка? Сторм вздернула подбородок:
- Семнадцать.
- Как тебя угораздило связаться с этим негодником, моим сыном?
Сторм стиснула зубы:
- Я безумно влюбилась в него. - И стоявший рядом Бретт расслабился, сдерживая улыбку.
Дон Фелипе перевел взгляд со Сторм на Бретта. Вперед выступил Эммануэль.
- Почему бы нам не приступить к обеду? - предложил он, кивком отпуская слугу и берясь за спинку кресла. Собравшиеся медленно двинулись в столовую, следуя за креслом дона Фелипе. Кресло поставили во главе стола. Бретт вместе со Сторм держался поодаль, дожидаясь, пока усядутся остальные. Елена собралась сесть по правую руку дона, но тот отмахнулся.
- Я хочу, чтобы справа и слева от меня сидели мой сын и его жена, резко заявил он.
- О, конечно, как глупо с моей стороны, - великодушно улыбаясь, сказала Елена.
Бретт провел Сторм вперед и усадил ее, ободряюще сжав ее плечо, потом справа от себя усадил тетю и наконец уселся сам. Вино было налито, и слуги принесли тарелки с едой.
- Откуда ты, девочка? - спросил дон. - И кто твои родители?
Бретт сидел мрачный, но Сторм улыбнулась:
- Из Западного Техаса. Я выросла на скотоводческом ранчо. Мои родители поселились там в 1845 году, когда исчезла угроза нападений команчей.
- А кто твой отец?
- Дерек Брэг, - с гордостью произнесла она.
- А его родители?
Сторм и глазом не моргнула:
- Его отец был траппером, а мать - индианкой-апачи.
Это сообщение было встречено неловким молчанием. Сторм гордо вскинула голову:
- До того как стать ранчеро, он был капитаном техасских рейнджеров. Одним из лучших.
- Значит, ты частично индианка, - сказал дон.
- Апачи, - поправила Сторм. - И горжусь этим.
- И я тоже этим горжусь, - ввернул Бретт, улыбаясь в ответ на изумленный взгляд Сторм. Мгновение они смотрели в глаза друг друга, потом Бретт потянулся через стол и сжал ее руку.
- А твоя мать? - спросил дон Фелипе.
- Она англичанка, - ответила Сторм. - Ее отец - герцог Драгморский лорд Шелтон. Со временем его титул и поместья перейдут моему старшему брату Нику.
София ахнула.
- Какая совершенно завораживающая родословная, - оживленно произнесла Елена. - Ну, Бретт, твоя бледнеет по сравнению с этим,
- Спасибо, тетя Елена, - сказал Бретт. - Отец, ваши вопросы нетактичны.
- Почему нетактичны? - возразил дон. - Она гордится своим происхождением. И не пытается ничего скрыть. Совсем как ты.
Бретт подумал, не были ли эти слова каким-то скрытым комплиментом, но не был в этом уверен.
- Как вам нравится гасиенда?
- Очень, - с энтузиазмом ответила Сторм. - Здесь так прелестно. Не забывайте, я выросла на ранчо. Я научилась ездить верхом раньше, чем стала ходить. - Она смущенно улыбнулась: - Жить в городе не так уж плохо, но иногда я скучаю по ранчо.
Дон Фелипе в первый раз за все время улыбнулся, потом многозначительно глянул на Бретта, взял нож и вилку и принялся за еду. Остальные последовали его примеру. Эммануэль сказал:
