Пламя Авроры полностью

— Аврора в полубессознательном состоянии, — отвечаю я. — Мы все еще находимся в криохранилищах. Во всяком случае, в том, что от них осталось. Служба безопасности «Гефеста» наверняка узнает, что мы здесь. Приказы, сэр?

— Удерживайте позиции, — говорит Тайлер. — Мы заберем Фина, потом вас.

— Принято.

Я выполняю приказ. То есть прижимаю крепче. Аврору к своей груди. «Хэдфилд» превратился в руины, корпус вокруг разорван в клочья. Буксир, который тянет нас вперед, отчаянно пытается остановиться и импульс от остановки еще сильнее разрушает «Хэдфилд». Цифровой высокотехнологичный дисплей, встроенный в мой шлем, проецирует корабли системы безопасности «Гефеста», плывущие во мраке снаружи, представляю, как они передают сигналы SOS друг другу.

Все шансы на скрытность утеряны.

А у нас до сих пор нет черного ящика, за которым мы явились.

— К-Кэл?

Сердце начинает учащенно биться, стоит мне услышать ее голос, и я опускаю взгляд, глядя прямо ей в глаза: ониксовый и жемчужный; и я чувствую, как вселенная уходит у меня из-под ног.

— Всё хорошо, бе`шмай, — бормочу я. — Всё хорошо.

— Что п-произошло? — шепчет она.

— Твоя сила. Ты потеряла контроль.

— Мне так ж-жаль, — шепчет она, в полном замешательстве глядя на хаос и разрушения вокруг нас. У нее из носа течет ярко-алая кровь, прилипая к коже в невесомости. — Я думала… думала, что мне удается контролировать её.

— Так и есть. — Я напряженно вглядываюсь в ее лицо. — Ты научишься.

Она мотает головой.

— Я видела..

— Что, бе`шмай?

Она встречается со мной взглядом, и я ощущаю её сильный страх. Страх и тоску, пронзающие её до самых костей.

— Я видела, как тебя… ранили. Сильно.

Сердце колотится, и я хочу, чтобы оно успокоилось. Порождения Войны не боятся смерти. Порождения Войны не боятся боли. Порождения Войны боятся лишь никогда не ощутить вкуса победы. Так учил меня отец.

— … Как? — спрашиваю я.

Она мотает головой, морщась на разваливающийся вокруг нас корабль, стойки рушатся, переборки разваливаются. Совокупность причиненных ею разрушений довольно жуткая. Её сила пугает.

Но я лишь ощущаю благоговейный трепет.

— Всё. туманно, — отвечает она. — В тебя стреляли. Ты был на корабле. Я видела…темный металл. Какой-то куб. Ты… ты был одет в то же самое, что и сейчас.

— Никто не сможет навредить мне, — улыбаюсь я. — Пока ты рядом, я — непобедим.

Она мотает головой и шепчет.

— Кэл, меня не было рядом.

— Кэл, ты на связи?

Я касаюсь наушника.

— Так точно, сэр.

— Фин у нас. Посылаю координаты места встречи. Охрана окружила нас словно сыпь. Зила поведет вас.

— Вы слышите меня, Легионер Гилрайт? — доносится из наушника спокойный голос.

— Да, Зила, ясно и чётко.

— В настоящее время нас преследуют тринадцать истребителей класса «Коса» и два крейсера класса «Жнец», поэтому мы не сможем сбросить скорость ниже полутора тысяч километров в час, если только никто не изъявит делание поджариться на их ракетном огне.

— Понял.

— Вы попытаетесь подстроиться под нашу скорость и перехватить «Нуль», совершив посадку в грузовом отсеке, когда мы будем пролетать мимо.

— На скорости полторы тысячи километров в час, — уточняю я.

— Верно, — невозмутимо отвечает Зила.

— Понял.

— Это вообще возможно? — спрашивает Аврора, широко распахнув глаза.

— Более вероятно, что Легионер Гилрайт добьется в этом больше успеха, нежели человек, — отвечает Зила. — Рефлексы Сильдрати намного превосходят рефлексы землян. Если он будет соответствовать скорости «Нуля» вдоль оси преследования, равной X, и будет поддерживать скорость ниже ста километров в час вдоль оси приближения, равной Y, я ставлю на то, что он успешно выполнит этот маневр примерно на шестьсот и..

— Спасибо, Зила, но нам сейчас не нужен мозговой штурм по математике, — говорит Тайлер. — Кэл, я послал тебе траекторию; поддай газу и следуй по отметкам Зилы.

— Понятно.

— Тебе это по силам, дружище, — говорит Тайлер.

Я смотрю на Аврору на своих руках и улыбаюсь.

— Я знаю, — отвечаю я.

— Десять секунд, Легионер Гилрайт, — произносит Зила.

Аврора стискивает челюсти и кивает. Ее руки скользят по моей груди, а мой желудок выполняет дюжину сальто от её прикосновений.

— Восемь секунд.

Я стискиваю зубы, делаю глубокий вдох.

— Шесть.

— Кэл? — говорит Аврора.

— Четыре.

— Да, бе`шмай?

— Три.

Она тянется и прижимается своим шлемом к моему, словно целуя меня в щеку. Между нами всего несколько миллиметров визора. Теплое, мягкое дыхание затуманивает пласталь. Целая вселенная совершенно неподвижна.

— Два.

— Ты справишься, — произносит она, встречаясь со мной взглядом.

— Вперед.