– Для них, – Дрениган быстро мотнул головой в сторону летящих осколков башни, – найти в мире льдов и ламбирдов проводника в Лаударум не составило особых проблем. Проблема готовящегося вторжения крылась в тебе и твоем глупом ордене. А все потому, что вы – тупые солдафоны, вооруженные волшебными кусками металла, вечно собираетесь, точно мухи на мед, и целым роем сметаете любой отряд разведчиков, несущих маяк. – Лицо Акмальди было мрачным, как туча. – Ведь это именно ты и твой сержант Робар уничтожили три отряда некромантов, посланных в восточные земли Лаударума три года назад. Это была огромная потеря для разведчика мертвецов, оставленного в этом мире в качестве Наблюдателя.
– А причем здесь ты? – Магистру не верилось, что всего пару лет назад он бы доверил свою жизнь этому человеку.
– Потому что такие существа, как я, не могут довольствоваться тем, что могут дать им пара-тройка вековых сосен и куча елей, чей главный секрет кроется в способности оставаться зелеными даже в холодную стужу зимы. Не-ет, мне нужно было больше силы. Я, как ты помнишь, частенько проводил ритуалы по некромантии. Хе-хе-хе, – Дренигану было очень весело видеть на лице магистра растерянность.
Акмальди вместе со своими братьями по оружию обшаривали тогда каждый закоулок Мейриярда в надежде отыскать злодея-убийцу. А он у них был все время под носом.
– Да, Акми, я лично убивал этих богатых щеголей, а потом с упоением наблюдал, как чернь из закоулков радуется очередной похоронной процессии Нобелей.
– Ты – всего лишь маньяк! А маньяков можно убивать, потому что они почти звери.
Дрениган покачал головой:
– Я всего лишь хочу получить свою долю вечной власти. Наблюдатель и искал таких людей, как я. И он нас нашел. В разных уголках Лаударума мы были разобщены и многие скрывали свои воззрения от сторонников короля. Нас поначалу было не так много и мы испугались, когда появился Наблюдатель, но потом разведчик личей начал передавать нам часть своих сил, расширяя области нашего познания. Мир для нас изменился. Мы поняли, что смерть – это лишь неотъемлемая часть жизни, дополняющая процесс эволюции нематериального начала сущности.
– Ты – безумец, Дрениган.
– Нет, магистр, просто я – сторонних неотъемлемого процесса совершенства.
Акмальди промолчал, видя, как руки мага с силой сжимают рукоять его меча.
– Теперь мы были готовы. Готовы к возвращению сердца короля мертвых и к твоему противостоянию. Дальше появляется ледяная башня, которую ведет в этот мир магиня. Мастер магии и не знающая поражения на первый взгляд, и хрупкая, надломленная женщина, в чьем сердце зреет обида – на второй. Она так сильно хотела поквитаться с тобой за ту долгую ночь, что капитан отряда Белых грифонов Мальвеус Акмальди провел с пленной ведьмой несколько лет назад, что на какой-то миг ей было глубоко наплевать на глупый закон равновесия и баланс высших сил. Конечно, какой прок нести счастье другим, если в самом центре раненого сердца алеет пожар? Ее злоба и гнев открыли для наших целей настоящий тракт между мирами.
– А причем тут мой сын? – наконец подала голос Шедире.
– Притом, что сейчас ты все еще держишь врата между мирами открытыми в надежде спастись и спасти сына. Ведь ты только хотела отомстить своему бывшему любовнику, не так ли? Расставание или смерть не входили в твои изначальные планы? Желание, абсурдное для ламбирда, но у тебя есть к чему стремиться, разве нет? Да только вот мальчуган и одинокий рыцарь, в чьем теле осталась пара капель жизни, не смогут больше плутать по ледяной махине, которая вот-вот развалится.
– Негодяй! – прошипела Шедире, тут же скривившись от боли перегрузки.
– Я изменил магическую структуру башни, как только попал сюда, и теперь среди падающих на голову обломков и горящей воды двое раненых беглецов не смогут найти выход вовремя, ведь так? Особенно, когда пара коридоров изменила свои направления.
Его сын сейчас, возможно, уже мертв!
– Я тебя лично уничтожу, тварь!!!
– Близится кульминация! – прокричал довольный собой маг, вытаскивая из своей груди покрытый запекшейся черной кровью меч Солнца. – Твоих сил не хватит, чтобы остановить меня в решающей битве!
Робар вовремя успел закрыть малыша – острые, как бритва, осколки со звоном разбились о его прочный панцирь. Доспех, сработанный мастерами Бастиона Духов, не подвел и на этот раз.
– Давай руку, парень! – слова, прозвучавшие как приказ, не могли требовать отлагательств в выполнении.
Никсалорд ловко схватил руку рыцаря, и сержант Белых Грифонов тут же подтащил малыша к себе. Ровно на том месте, где на синеватом холодном льду виднелись алые капли крови, всколыхнулось пламя.
Яркое, желтое, оно своими огненными рукавами грозило отнять у двоих людей жизнь.
Скорости сержанта вполне хватило на то, чтобы вовремя уйти с огненной дороги, прихватив с собой малыша.
Ведомый только одним желанием – выжить! – Робар, не жалея своих сил, таранил обжигающие холодом переборки и пробивал дорогу на волю.
