Дрениган сразу понял, что все происходит не так. Рыцари дрались отчаянно, не уступая своему врагу ни сантиметра пространства. Но противник постепенно одолевал, оттесняя рыцарей на просторы морозной пустыни. Больше половины воинов уже пополнило ряды павших, когда до друида дошла простая и в то же время верная мысль: сила Родона и способности магических зверей внезапно иссякли. А это означало, что измученные долгим путешествием люди, лишившись питавшей их силы, сейчас могли превратиться в замороженных ледяных статуй. Ведь магические грифоны, нанесенные на панцири Белых Грифонов, не только придавали воинам дополнительные возможности, помогая управлять законами природы и использовать магию, но также охраняли жизни и здоровье своих обладателей во времена трудных и утомительных походов. Мальвеус Акмальди уже почти оказался внутри крепости, когда на друида насели сразу несколько врагов. Верный посох, сделанный из крепкого дерева, мог служить отличной дубиной. Первому зомби сильное оружие раскололо череп. Голова лопнула, точно перезрелый арбуз. От протянутых рук второго врага друида спасла врожденная ловкость, усиленная скоростью природного хранителя. Волк – обитатель леса и вечный охотник. Матерый лесной зверь метрового роста в холке и около двух метров в длину, не считая хвоста, с ворсистым темно-серым мехом, золотом отливавшим на полуденном солнце, тогда пришел на место проведения ритуала. Некогда старый эльфийский друид призвал этого волка из самых глухих лесных дебрей. Он сказал, что дает своему ученику власть над способностями этого существа только для охраны и исправной службы. Молодому ученику тогда было очень лестно, что великий мастер эльфийской магии награждает его, молодого юнца, одним из самых дорогих даров леса. Ах, с каким удовольствием он отправился бы в то время! Такое теплое, мягкое, нежное. Но сейчас вокруг кипела битва, уже переросшая в мясорубку. И перевес в этой мясорубке, грозившей вот-вот перейти в бойню, был явно не на стороне Белых Грифонов и Дренигана. Сила и реакция волка сработали великолепно. Магу в последний момент удалось увернуться от острых когтей, одновременно с этим Дрениган быстро раскрутил свой посох над головой. Очередного противника Дрениган мощно пнул ногой в колено. Нога серокожего существа подломилась, зомби упал лицом вниз. Друид с силой наступил ногой на затылок упавшего. Раздался хруст лицевых костей. И сразу же раскрученный посох ткнул в пустое бездушное лицо своим тупым концом, продавливая носовой хрящ, посылая тем самым сломанную кость в мозг. Зомби судорожно схватился за голову и рухнул на красный от крови рыцарей лед как подкошенный. В живых оставалось не более тридцати рыцарей. Остальные либо получили слишком серьезные ранения и пошли на ужин охране крепости, либо были повержены в неравном противоборстве с серыми и зелеными тварями, коих было раз в пять больше. Но и Белые Грифоны не оставались в долгу. Воодушевленные прорывом своего командира, рыцари также яростно вскидывали мечи и кромсали полуживые тела охранявших крепость зомби на мелкие кусочки. Вокруг места схватки валялись куски серых и зеленых конечностей, вяло скребущие лед, политый еще теплой красной кровью. Могло подуматься, что Белых Грифонов вот-вот сомнут, но и количество зомби также уменьшилось. В живых и с той, и с другой стороны оставались только самые стойкие и изворотливые. Победа так, казалось, близка, что, опьяненный, друид на миг потерял бдительность. Существо, некогда даровавшее друиду силу, теперь обернулось его главным врагом. Ведь именно через волка молодой Дрениган получил когда-то свою силу от искусных магов эльфийского народа. Тогда этот лесной хищник казался ему богом леса, олицетворявшим дух настоящей свободы. А теперь на друида бросился тот самый зверь, которому Дрениган вот уже сколько раз готов был сказать спасибо. Не потеряв самообладания, он сжал посох, вложив в его магическое древко все свои магические силы, и размахнулся, чтобы нанести удар по клацающей зубами волчьей морде. Однако, опередив на долю секунды движения мага, волк первым сумел укусить эльфийского воителя в плечо, оторвав при этом своими зубами часть металлических наплечников. Дрениган завыл, когда клык, несущий отраву, пронзил его плоть, глубоко погружаясь внутрь. Если бы сила Родона не оставила своих верных слуг в самый необходимый момент, то они бы уже раскидали всех этих полуживых созданий. Но бог Солнца отвернулся от них, оставив надежду только на силу крепких мышц и закаленных тел, что в данной ситуации равнялось смерти, поскольку ледяной холод и лютый мороз быстро превращали тела людей в живое мороженое.
Друид собрал в свободный кулак все свои силы и метнул в налитые кровью глаза шар яркого огня.
Чудовище завыло от боли, но не отступило. Зверь поднял друида за плечо, кроша зубами кости. Дрениган боялся, что его рука может просто оторваться от тела. Но в этот момент меч Солнца пришел ему на помощь, погружаясь в шею чудовищному созданию.
Затрещала дубленая кожа. Дрениган еще сильнее завыл, когда хватка острых зубов начала слабеть.
– Отойди, Дрениган! – Робар вскинул свое оружие во второй раз, ловко уходя от мощной атаки зверя.
Кровь алым ручьем хлынула из открытой раны. Друиду пришлось пережать артерию, чтобы не потерять сознание в самой гуще битвы.
Рыцарь ударил волка-переростка щитом. Удар пришелся зверю в бок, оттесняя массивную тушу от раненого волшебника.
Для данного маневра рыцарь использовал мощь своего магического грифона – сам человек никогда бы не смог совладать с подобным созданием.
– Он еще не побежден! – Дрениган хотел крикнуть что-то ободряющее, но из-за обширной кровопотери из горла друида вырвался лишь поток глухих звуков.
Но рыцарь и не нуждался в подсказках – огромный волк был уже перед ним. Зверюга попробовала протаранить оборону человека стремительным рывком вперед, но сила Белого Грифона не уступила натиску чудовища. Когти с лязгом резали металл рыцарского щита, а острые зубы сверкали, как две сабли, пытаясь схватить и оторвать край щита, который пока что защищал рыцаря от когтей и зубов зверя, а сила Бастиона Духов, заключенная в нагрудной пластине доспеха, не позволяла монстру поразить противника одной грубой силой. Меч Солнца Робара поражал жилистое тело зверя с быстротой молнии, но зверь успевал уклониться от точного колющего удара или от хорошей режущей атаки, так что удары Робара приходились на крепкие бока волка. Но вот рука, державшая щит, слегка пошла вниз, поддаваясь усталости. Зверь тут же атаковал, выбросив когтистую лапу рыцарю в лицо. Робар этого и ожидал: меч Солнца сделал в крепкой руке пируэт, и сверкающий металл перерубил толстую лапу. Получив тяжелую рану, чудовище поспешило отойти назад, но отсутствие одной конечности привело к потере равновесия, и огромная туша зверя упала к ногам рыцаря, подставляя под удар массивную голову. Больше медлить Белый Грифон не стал, видя, как его братьям по ордену нужна помощь.
– Что ты будешь делать теперь? – задал вопрос друид, не до конца понимая, кто именно перед ним стоит. Ему очень хотелось, чтобы это был споривший с ним Акмальди. Но Акмальди был очень занят разборкой с массой монстров, и его функции на себя пришлось брать сержанту Робару.
Друид увидел перед собой лишь полоску белого света. Яркого-яркого, как чистый луч Солнца с рук Родона. И тут же вокруг них зашумели сотни мечей, вынимаемых из ножен, раздался привычный для воинов Бастиона Духов клич:
– За Родона!
Мальвеус услышал победоносный клич своих воинов, когда его меч Солнца, полный чистой энергии Родона, разрубил последнюю десятку зомби, окруживших Белого Грифона.
Защитники башни были почти повержены. Остатки стражи, отчаянно защищавшей входные ворота, вот-вот должны были растаять, а за ними находился путь к долгожданной цели. К тому, кто привел солдат короля личей в Лаударум. И для того чтобы добраться до этого существа, нужно было лишь рассечь мечом эту темнеющую во мраке боя дверь.
Удар последовал неожиданно, и магистр оказался к нему не готов.
Тяжелая фигура Акмальди отлетела от входных ворот башни, но Мальвеус даже обрадовался подобному ходу событий. Сквозь пелену дыма и пламени рыцарь видел, как под его ногами взрываются камни и горит воздух. Всего за несколько секунд вокруг ледяной башни образовалось огненное кольцо, порожденное чужой магией. Но ударная волна помогла рыцарю избегнуть худшей участи, его будто выбросили мощным пинком из эпицентра бушевавшей силы. Магический зверь доспеха пронзительно вскрикнул, и Акмальди ощутил, как силы стремительным потоком возвращаются в его тело.
– Выходи на бой, воитель! – грозный всадник верхом на большом звере, экипированном пластинчатой броней, стоял перед рядами рыцарского войска.
Фигура в массивном черном доспехе медленно выезжала из вихрей бушующего пламени, направляясь сторону поднимающегося Акмальди.
– Прикройте командира!
Повинуясь голосу Робара, арбалетчики направили в сторону приближавшегося всадника рой черных стрел, но защитник башни лишь лениво потянулся за мечом, а затем серией молниеносных движений отбил летевшие в него острия.
– Прекратить атаки, – Акмальди сумел-таки встать на ноги после серии акробатических этюдов среди кровавого месива из частей тел и снега. Внутри крепости больше не царила непроглядная белая мгла. Сзади за его спиной остались лежать на вечно мерзлом льду больше сотни его людей. Магия их доспеха ослабла в самый неподходящий момент, но вот на такой случай он и разделил своих рыцарей, оставив в арьергарде несколько сотен воинов. Кто бы он ни был, хозяин этой крепости, он хорошо умел разбираться с магией Солнца. Нужно было просто уничтожить негатор, и тогда кошмар быстро мог бы закончиться. Но для этого рыцарю нужно было пройтись по всем коридорам этой крепости и обыскать здесь каждый закоулок, которых здесь (Акмальди в этом не сомневался) было предостаточно. Сейчас была другая проблема – защитник башни и его свита из темнеющих фигур живых мертвецов, угрожающе бряцающих опасным оружием.
«Кто бы ни устроил мне фейерверк, он сделал хорошую вещь – негатор магии Солнца был в одном из камней той лестницы, что вела к воротам ледяной башни. Лестницы уже нет, и вместо отвоеванного десятками жизней подхода к сердцу холода бушует настоящий огненный кошмар, через который не так-то просто пробиться».
Акмальди стоял с поднятым мечом перед воротами ледяной обители, которая теперь еще больше потрясала своей мощью. Высокое строение имело сходство с дьявольской иглой, воздвигнутой из жерла колдовского пламени. Мальвеус невольно зауважал воина в черной броне, если уж тот осмелился встать на защиту ледяной башни, выступавшей в качестве проводника между двумя мирами.
Роглир слегка поморщился, представив, до какой степени измельчал его противник, если согласился послать на бой обыкновенных арбалетчиков.
Ледяные ворота башни со скрипом закрылись, оставляя рыцарей Белого Грифона наедине с полчищем новых врагов и их командиром.
Четырехлапый зверь, на котором восседал черный рыцарь, напоминал помесь слона и кошки. Туша весом в пять тонн шествовала среди трупов с грацией кошки; в прищуренных зеленых глазах горел огонь жажды крови, а из зубастой пасти раздавались грозные рыки, когда чуткий нос зверя учуял запах свежих человеческих жизней.
– Это армия короля Эверхарда – действующего посланца бога Солнца Родона из Бастиона Духов! – прокричал черный рыцарь, произнося слова максимально отчетливо, чтобы каждый мертвец в его армии смог расслышать своего предводителя. – Они пришли сюда, чтобы убить нас и нашего господина!
– Драйг давно уже мертв, – навстречу защитнику башни вышел грозный рыцарь в измазанной кровью броне.
Блики от колдовского пламени игриво пробежали по начищенным до блеска наплечным и набедренным пластинам, отражаясь от полированной поверхности панциря, подчеркивая при этом всю статность великолепно сложенной фигуры Белого Грифона. К левой руке прикреплен небольшой щит ромбовидной формы, а правая длань крепко сжимает длинный меч, чье лезвие, словно зубы лесного хищника, опасно касалось пушистого снега, пробуя его на вкус. Противника такого сорта явно не ожидали в стане мертвецов.
Роглир сощурил глаза, приготовив одно из своих любимых заклинаний – «дыхание ведьмы», поражающее любую металлическую вещь, покрывая металл слоем коррозии и ржавчины.
Магический грифон Акмальди испугано вскрикнул, чувствуя опасность.
Да, последний подарок короля Эверхарда все же обладал превосходными магическими свойствами! И армии нежити вскоре предстояло испытать его в действии.
– Я хочу говорить с тобой, рыцарь, – спокойно произнес защитник башни, но его голос слегка дрожал, а в словах звучали нотки истерики.
Акмальди поднял забрало овального шлема, показывая, что он соблюдает законы рыцарского кодекса чести.
– Приветствую тебя, воин, – Мальвеус Акмальди попытался приветливо улыбнуться.
– Убирайся! – процедил роглир. – Уходите восвояси по-хорошему!
– Где она? – Вопрос магистра прозвучал очень резко и неожиданно как для самого рыцаря, так и для его собеседника.
Но защитник башни был готов к подобному развитию событий, и не поддался первому порыву чувств.
– О ком ты говоришь?
– О цели вашего визита в Лаударум, – Мальвеус быстро вскинул руку, указывая в сторону ледяной башни. Роглир услышал, как позади его оппонента покинули свои ножны сотни магических мечей. Голоса творивших волшбу магов соединились в сплошной полифонический гомон. В стане мертвецов также прозвенели сотни острых мечей, вытаскиваемых прямо из замерзлой плоти; низшие личи хаотично перебирали свои амулеты, готовясь то к атаке, то к нападению. Но атаковать без приказа никто не решался. Все ждали. На двух рыцарей обратили свои взоры не менее тысячи пар глаз, воинов и магов, готовых к стремительной развязке событий. Слова магистра Белых Грифонов не таили в себе гнева, но Мальвеус заметил, что у противника пальцы вытянутой в его сторону руки сжаты в кулак. Белый Грифон не знал, что за заклинание держит сейчас в своей руке его враг, но на всякий случай слегка подогнул колени, готовясь к резкому прыжку в сторону, а пальцы правой руки крепче ухватились за меч.
– Мы пришли сюда забрать то, что издавна принадлежит нашему королю, – отчеканил роглир.
– Ваш король личей давно убит! – прокричал Акмальди.
– Тогда убирайся отсюда, прислужник Родона! – защитник башни не уступал Белому Грифону в силе голоса, так что все реплики двух военачальников были отлично слышны солдатам обеих армий.
– Ты сюда никогда бы не попал, да еще и со своей сворой монстров, – Мальвеус сделал паузу. – Тебя явно сюда забросил маг. Сильный маг, знающий, как пройти через врата между мирами.
– Это все твои домыслы, благородный рыцарь!
– Выдай нам мага, и мы спокойно уйдем, – пообещал защитнику Мальвеус.
– Здесь живу только я, – ответил на предложение Белого Грифона защитник башни.
– Лжешь! – Мальвеус видел, как по черной фигуре прошла волна мышечного напряжения. Противник явно тянул время, и Белому Грифону это очень не нравилось. Скорее броситься в бой – вот о чем мечтал магистр древнего ордена.
– Ты прав, рыцарь, маг, сотворивший все это, действительно существовал, – роглир специально издал печальный вздох. – К сожалению, он погиб в тот момент, когда я отбросил тебя от ворот крепости.
– Красиво говоришь, рыцарь, – Акмальди притворно закивал головой, – но вот только одно не сходится: если убит маг, построивший это замечательное здание, то после его смерти ледяная башня и окружающая ее стена, а также ворота и все внутренние постройки должны были тут же обрушиться, погребая под своими обломками и твоего великолепного скакуна.
– Мы не хотим насилия, – произнес через силу роглир, выдавливая эти ненавистные слова из своей зубастой пасти. Внутри него все давно жаждало крови, но он должен был дать время ведьме и ее слугам для безопасного прохода к порталу.
– Враждуй, с кем хочешь. Но мы оба знаем, рыцарь, что ты не можешь находиться здесь в полном одиночестве. Я даю тебе последний шанс прекратить бесполезную бойню.
– Бойню? – роглир насмешливо фыркнул, представляя, с какой скоростью магиня поднимет из могил новую армию нежити, если это сражение пройдет неудачно. – Не тебе помешать нам достичь своей цели! – ноги защитника слегка сжали ребра чудо-кошки – от этого зверь, в чьем седле рыцарь величаво сидел, коротко вскрикнул, как бы подтверждая слова своего хозяина. – Башня целиком сделана изо льда, ее стены двухметровой толщины у основания. Стена, окружающая мою госпожу и ворота, ведущие внутрь, также сделаны из этого прекрасного материала. Силы Воды и Природы могут создавать подобные конструкции. Даже если ты победишь меня в бою, то пройти заколдованную ледяную стену ты никогда не сможешь!
Глаза Акмальди зажглись ненавистью. Если бы человек мог убивать одними глазами, то Мальвеусу Акмальди ничего не стоило быстро расправиться со многосотенным воинством и с самим защитником башни.
– Ну же, рыцарь, не томи нас своими играми. – Зверь защитника башни сделал осторожный шаг вперед. – Выходи на честный бой, и я отпущу с миром твоих людей в случае твоего поражения. Может быть, даже сохраню тебе жизнь, хоть твой наглый нрав этого и не заслуживает.
«Никогда!» – рвалось из груди Мальвеуса, но воин изо всех сил сдерживал порыв чувств, иначе это сразу бы выдало его. Он ни разу не шелохнулся с того самого момента, как защитник башни вскинул в его сторону меч и повел своего зверя в наступление. Мальвеус не знал, что за заклинание прячется в сжатом кулаке его оппонента. Но вот пальцы начали медленно разгибаться. Магистр Ордена Рыцарей Белого Грифона и защитник башни стояли друг напротив друга. Акмальди мог отразить любой удар, но вот уровень владения магией у своего оппонента он не мог учесть до конца. Дрениган – вот кто точно знал, что нужно сделать, но он получил очень сильную рану, и рядовые воины отнесли его в задние ряды, чтобы он окреп и набрался сил.
Мальвеус успел в последний миг увернуться от опасных ветвей оранжевой паутины.
